На этот раз снаряд попал в носовой торпедный аппарат. Взрыв и только густое облако черного дыма, как отлетевшая душа погибшего миноносца.
— ……., Степан Осипович, и что вы скажете на этот раз? — по голосу было слышно, что Грамматчиков не сдерживал эмоций, — Две очереди — два накрытия, и это, заметьте, безо всякой пристрелки. А темп стрельбы? Молотят как картечницы, право дело.
— Константин Александрович, повторю вам, то же, что и говорил ранее. Просто принимайте все как есть и не задавайте лишних вопросов, со временем привыкнете.
— Теперь понятно, почему на нем только два орудия. По темпу стрельбы, меткости и фугасному действию снаряда они равны примерно двадцати нашим пушкам калибра шесть дюймов, то есть в артиллерийском бою этот корабль превзойдет и «Аскольд» и «Новик» вместе взятые. Я…
— Кхе-кхе, Степан Осипович, — я был вынужден прервать столь увлекательный диалог, — Там эта маленькая мерзавка «Тацута» пытается от нас сбежать. Не могли бы вы попросить Николая Оттовича сходить и прекратить это безобразие.
К югу от нас минных полей нет, путь свободен. Мы со своей стороны немного собьем ей прыть…
— Хорошо, Сергей Сергеевич, я распоряжусь, — ответил Макаров, — я даже не буду спрашивать, как и чем вы достанете цель, которая в шестидесяти кабельтовых от вас.
— Ерунда эти шестьдесят кабельтовых, могли бы и пушкой, но не будем, пушки пригодятся для других целей, глядите….
За трубами «Трибуца» вспыхнуло багровое пламя. Одна за другой в темнеющее небо поднялись две ракеты зенитно-ракетного комплекса «Кинжал».
Радиокомандная система наведения точно вывела их на удирающий авизо. В конце концов стрельба по скоростной морской цели это один из штатных режимов. Обе боеголовки разорвались в непосредственной окрестности котельного отделения и натворили немало дел. Изрешеченные осколками трубы и вентиляторы, лопнувшие от сотрясения паропроводы, удушливый черный дым сочащийся по палубе из огромной дыры в первой трубе.
И пожар, да-да, на верхней палубе вспыхнул самый обыкновенный пожар. Скорость сразу упала узлов до четырнадцати и вскоре «Новик» смог присоединиться к забаве со своими сто двадцати миллиметровыми орудиями. Еще несколько минут, и всем стало ясно, что «Тацута» обречена. Или гибель, или плен, третьего не дано. Хулиганистые комендоры «Новика» с азартом превращали изящный кораблик в бесформенную груду железа, и к тому же пылающего от носа и до кормы.
