Я молча пожала плечами и пошла по коридору в сторону лестницы. Но не пройдя и половины пути, остановилась, крутнулась на пятках и вернулась обратно, в упор уставившись на дракона, не успевшего закрыть дверь.
— Впустите меня!
— Зачем?
— Затем, что «Келда» означает «весна»! — свирепо рыкнула я.
Иронично приподнятые брови с фамильным изломом стали мне ответом.
Я молча протиснулась обратно в комнату мимо (практически — сквозь) не желающего уступать мне дорогу дракона.
Это что же?
Это как же, а?!
Это он… Это ведь!
— И как давно вы знали?!
— Примерно со второй нашей встречи, — предельно миролюбивым тоном отозвался дракон, с интересом изучая меня, обуреваемую противоположными желаниями.
Мне разом хотелось устроить безобразный скандал с тяжелой магической артиллерией и швырянием посудой — и…
Ну, нет, бросаться к нему на шею я не буду!
Вопросов, теснившихся в моей голове, было слишком много, и я все никак не могла выбрать главный, который следовало задать в первую очередь.
— Как вы догадались? — наконец выпалила я.
— А вы? — чуть улыбнулся Алвис.
— Нет уж, давайте по очереди!
— Хорошо, — покладисто откликнулся он.
— Вот и отвечайте! Я первая спросила!
Губы черного дракона снова дрогнули в улыбке — кажется, с подсчетами в очередности вопросов я немного погрешила, но… Тьма Великая и все ее предвестники!
У меня есть родич! Кровный! Живой! И почему-то не представленный роду!
О, Тьма, Всевидящая и Вседержащая! Живой. Кровный. Родич. Вот он. Передо мной!"
"И да простят меня все драконы мира (а хоть бы и не простили — что мне с того?!) — я его из рук не выпущу.
Наставник Алвис, не подозревая о моих коварных замыслах, легко уступил:
— Мне показались подозрительными ваши способности. Вы очень специфично одарены — и вместе с тем сильны. Вместе с вашей внешностью типичной эстанки это… наводило. После того, как вы сняли проклятие с Эйнара, я связался с матерью, и она подтвердила некоторые мои догадки, прямо предупредив, что даже если вы бастард — вы признаны и введены в род.
Я хмыкнула: если бы я была бастардом собственного отца, батюшка мог бы и не пережить гнева своей супруги, но ребенок — ребенок был бы принят в род, воспитан и обучен, как должно.
— К тому же, в вас сильна фамильная кровь. Все Ривад похожи друг на друга, и вы похожи на своего предка, каким я его запомнил…
Я вздохнула: он еще и наблюдателен. Какое же сокровище упало мне в руки! Очень хотелось предложить снова отбросить «выканье», но я сдержалась.
