— Я жива и умирать не собираюсь! — его порыв был настолько неожиданным, что я растерялась, как правильнее поступить.
И не придумала ничего лучше, чем спешно отстраниться. По лицу Лестера мелькнула тень обиды. Но я ничего не могла с собой поделать, моя магия вела себя всё так же непредсказуемо и каждое соприкосновение с чужой силой приносило сюрпризы. Большей частью неприятные. Кто знает, что вообще могло со мной случиться! Но хотелось надеяться, что Муссон не стал бы подставлять меня под реальную опасность.
— Я почувствовал момент всплеска твоей магии, — показалось, с лёгкой прохладцей проговорил Лестер.
— И мне стоило большого труда сохранить лицо, чтобы спокойно удалиться.
— Муссон! — позвала я пса. — А ну, иди сюда, сейчас я тебе…"
"Виновато повизгивая, тот отбежал от меня подальше, но на его морде не было ни капли страха: знает, что я сержусь не серьёзно. Саркан помог мне встать и мы одновременно осмотрели дверь, которая точно стала выглядеть по-другому. Светящиеся символы погасли, и от неё перестал исходить сильнейший магический фон.
— Ты открыла её?! — неверяще шепнул Лестер, как будто кто-то мог нас услышать.
— Меня позвали оттуда, — я указала взглядом перед собой. — Это было какое-то воздействие, потому что я даже подумать ничего не успела, когда взялась за ручку.
— Там не может быть никого, — заметил саркан. — Возможно, просто твоя магия сама создала иллюзию голоса. Так иногда бывает. А уж в твоей магии куча загадок.
— А вдруг кто-то пробрался туда через провал в крыше или через разбитые окна, а потом не сумел выйти обратно?
Саркан покачал головой, улыбаясь, будто услышал рассуждения неразумного ребёнка.
— Думаешь, вся сила сосредоточена в одной только двери? — он укоризненно прищурился.
Явная поддёвка в его тоне мне не понравилась, и я сразу надулась, хоть и не хотела выглядеть обиженной девчонкой. Как с ним сложно!
— Знаешь, я в магических академиях не обучалась и не всегда понимаю, как и что работает. Ты мог бы объяснить мне, а не строить из себя…
— Кого? — саркан сложил руки на груди.
— Дракона, который сидит на куче богатств, а жадность не позволяет ему отдать кому-то хоть монетку!
Лестер уважительно покивал, сохраняя ту же повелительно-снисходительную позу. Захотелось его треснуть — большого вреда не нанесу, зато отведу душу. Какой всё-таки упрямый и заносчивый ящер — пусть даже без хвоста и крыльев!
— Ну что ж, подставляй ладони, — проговорил он, едва сдерживая смех. — Отсыплю тебе монет.
