А теперь он здесь, под всеми этими трубками, с огромной дырой в груди.
— Анастасия, — вздыхаю и возвращаюсь в реальность, туда, где Вовы могло уже не быть, но умелые руки хирурга удержали его на поверхности этой жизни. — Вот бельё, — положила стопку на диван. — Туалет здесь.
— Спасибо.
Подхожу к Вове, просто стою рядом и смотрю. Сама не замечаю, как начинаю содрогаться от рыданий. Сглатываю, подхожу ближе, сажусь на стул, руку его тяжёлую в свою ладонь беру. Холодная. До жути.
— Вова, я здесь, — слизываю с губ слёзы, второй рукой трогаю бледное лицо, — потому что люблю тебя.
Потому что хочу, чтоб ты жил. Ты просто обязан жить! Ты обещал мне защиту. Ты обязан очнуться. Очнись, Вова! Очнись, любимый, — падаю головой на кровать и просто реву, чувствуя, что все мои слёзы падают в пустоту, как ведро падает в колодец. Его не достать.
Прихожу в себя, только когда слышу хриплое:
— Настя…
Подрываюсь, вглядываюсь в бледное лицо, губы, закрытые веки. Бегу в коридор, чтоб найти врача.
— Он заговорил! Он назвал моё имя, — врач тут же прибегает, осматривает Вову, и выносит неутешительный вердикт.
— Это нормально. Он может выдавать звуки и целые слова, но это не значит, что он…
— Поняла, — глотаю слёзы. Счастье было так близко. — Спасибо и извините.
— Я по-прежнему против, чтоб вы здесь находились. Это небезопасно для вашей нервной системы."
"— Нет, я останусь, — врач уходит. Пью воду и ложусь под одеяло. Смотрю на неподвижного Вову, мысленно требую его очнуться и не бросать меня.
Где-то посреди ночи слышу шаги в палате.
Открываю глаза, наблюдая за тем, как медсестра проверяет приборы. Потом тихо уходит, закрыв за собой дверь.
Глава 33
Сидеть и смотреть на Вову было очень тяжело. Даже разговоры не помогали. Чтобы не сойти с ума, решила иногда гулять. По территории клиники и парку, что к ней прилегает. Вещи мои вернули, нашли во время облавы на склад, где меня держали. Теперь я с телефоном и деньгами. Поэтому иногда захожу в кофейню, расположенную рядом с больницей. Там очень вкусный кофе и выпечка, особенно булочки.
Каждый день хожу туда, пробую разные вкусности, а потом об этом рассказываю Вове. А не получив ответ, плачу. Домой наведываюсь редко, в основном только, чтоб помыться и переодеться. В больничном душе сложно нормально помыться. Ухожу в основном, когда кто-то приходит из ребят и может подежурить.
Сегодня приехала Вовина сестра Людмила, ей сообщил Павел Львович. Я ни с кем из родственников пока не знакома, поэтому сообщить не могла.
