Спеши любить

Когда мы репетировали сцену, она даже не заглядывала в текст; я перебирал пачку листов, пытаясь вспомнить, какова моя следующая реплика, а Джейми буквально светилась радостью, как будто ожидала знамения свыше. Я мог сыграть разве что немого бродягу и по-настоящему завидовал Эдди – по крайней мере здесь. Предстояла уйма работы – а ведь я отнюдь не с этой целью записался в число изучающих сценическое искусство.

Мои благородные помыслы выветрились на второй день. Хотя я знал, что поступаю правильно, приятели этого совершенно не понимали.

«Чем-чем ты занят? – переспросил Эрик, когда узнал. – Играешь в пьесе вместе с Джейми Салливан? Ты с ума сошел?» Я пробормотал, что на то есть причины, но Эрик не оставил тему – он принялся утверждать, будто я влюблен в Джейми. Я, разумеется, отрицал, отчего все окончательно уверились в правоте его слов и принялись хохотать еще громче. Сплетня росла – на перемене речь уже зашла о том, что я намерен обручиться. Заговорила об этом Салли; я до сих пор уверен, что она ревновала. Она много лет по мне сохла, и наши чувства вполне могли бы стать обоюдными, не будь у нее один глаз вставным. Глядя на нее, я неизменно вспоминал чучело совы в антикварном магазине, и тогда, честно говоря, становилось не по себе."

"Я снова начал сердиться на Джейми. Понимал, что она ни в чем не виновата, но мне расхотелось стараться ради Хегберта, который не слишком-то радушно принял меня в день школьного бала. В течение следующих нескольких дней я даже не удосуживался учить роль, а время от времени отпускал шуточки, веселившие всех, за исключением Джейми и мисс Гарбер.

После репетиции я отправлялся домой, стараясь выкинуть пьесу из головы, и даже не забирал свой текст. Я распространялся о том, какая Джейми странная, и врал, что мисс Гарбер заставила меня участвовать в этой авантюре.

Джейми, впрочем, не собиралась выпускать добычу. Нет-нет, она ударила по больному, не пощадив моего самолюбия.

В субботу вечером, через неделю после начала репетиций, мы с Эриком и остальными болтались по набережной неподалеку от закусочной «У Сесиль» – ели пончики и глазели на проезжих, а потом я заметил Джейми примерно в ста метрах от нас.

Она в своем старом коричневом свитере, с Библией в руках шагала, глядя по сторонам. В столь позднее время ее обычно не выпускали на улицу; еще удивительнее было видеть Джейми в этой части города. Я повернулся к ней спиной и поднял воротник, но даже Маргарет с ее куриными мозгами немедленно сообразила, кого ищет дочка священника.