Спеши любить

Поскольку Джейми начала расспрашивать, я вроде как почувствовал себя обязанным сделать то же самое. То есть она не упомянула волю Божью, поэтому можно было и попытаться.

– А чем ты занимаешься? – спросил я. – Помимо поездок в приют, помощи животным и чтения Библии?

Мне самому казалось это нелепым, но Джейми действительно так и жила.

Она улыбнулась. Наверное, ее удивил подобный вопрос, и еще более – мой интерес.

– Ну, я много чего делаю. Готовлю уроки, провожу время с папой. Мы играем в карты.

– Ты когда-нибудь гуляла с друзьями? Просто слонялась без дела?

– Нет, – призналась она.

Судя по тону, сама Джейми прекрасно понимала, что никто не горит желанием гулять в ее обществе.

– Тебе, наверное, очень хочется в колледж, – сказал я, чтобы сменить тему.

Джейми ненадолго задумалась.

– Сомневаюсь, что я вообще буду поступать, – равнодушно отозвалась она. Эти слова застали меня врасплох. Джейми была одной из лучших учениц и вполне могла удостоиться чести произносить прощальную речь при выпуске. Кстати сказать, мы уже держали пари, сколько раз она упомянет в этой речи волю Божью.

Я утверждал, что четырнадцать (на выступление отводилось всего пять минут).

– А как же Маунт-Сермон? Тебе бы там, наверное, понравилось, – сказал я.

Джейми лукаво взглянула на меня:

– Хочешь сказать, мне там самое место?

Ее шпильки порой попадали не в бровь, а в глаз.

– Я не то имел в виду, – торопливо поправился я. – Говорят, ты хотела туда поступить.

Джейми пожала плечами, не ответив; честно говоря, я не знал, как это понимать.

Мы дошли до ее дома и остановились напротив крыльца. В окне гостиной сквозь занавеску я разглядел силуэт Хегберта. В комнате горел свет; Хегберт сидел на кушетке у окна, наклонив голову, как будто что-то читал. Вероятно, Библию.

– Спасибо, что проводил, Лэндон. – И Джейми окинула меня взглядом, прежде чем подняться на крыльцо.

Наблюдая за ней, я не мог удержаться от мысли, что сегодня состоялся самый странный из всех наших разговоров. Пусть некоторые ответы Джейми и звучали необычно, она казалась абсолютно нормальной.

На следующий день, когда я снова провожал ее, Джейми спросила, как поживает мой отец.

– Нормально, наверное, – ответил я. – Он тут редко бывает.

– Ты скучаешь?

– Иногда.

– Я тоже скучаю по маме, – сказала она, – хотя и никогда ее не видела.

Тут я впервые осознал, что у нас с Джейми есть нечто общее, и задумался.

– Тебе, наверное, трудно, – искренне произнес я. – Мой отец для меня практически чужой, но он все-таки есть.