Специалист

Глазами тот показал: да. Андрей убрал пачку в карман.

Вентилятор гнал плотную струю теплого воздуха. Облегчения это не приносило. Температура вплотную приближалась к тридцати градусам. Петров поднялся.

— Ну… пойду. Счастливо оставаться.

— Удачи, Василич. Будут вопросы — заходи в любое время.

Андрей вышел на улицу. Солнце жарило так, что он невольно вспомнил Афган. Июль давал жару. Четыре года назад, когда проходили Игры доброй воли, стояло такое же чумовое жаркое лето. Дождей не было. В народе тогда циркулировали слухи, что Собчак нанял военную авиацию расстреливать дождевые тучи.

Андрей вдруг сообразил, что можно снять куртку. Прятать-то нечего. ПМ вместе со сбруей остался в другой жизни. С сегодняшнего дня он обычный гражданин Российской Федерации и права на ношение оружия у него нет. Он усмехнулся, снял Джинсовую куртку. В первый момент показалось — голый. Впервые за последние три года он шел по улице без оружия. И впервые за много-много лет не знал, что делать. Солнце расплавленными потоками стекало с питерских крыш. Дамские каблуки оставляли вмятины в разогретом асфальте. Женщины шли мимо почти раздетые, в полупрозрачном, легком, возбуждающем. На каждом углу чем-то торговали. Впереди, у перекрестка, прямо на тротуаре стояли столики под огромными яркими зонтами. «Я убью тебя, лодочник», — хрипели большие черные динамики. Люди за столиками сидели в основном молодые. Андрей сел, почти сразу подошла официантка. Симпатичная, в футболке и шортах. На груди табличка: Катя.

— Дай-ка мне пивка, Катенька.

Через минуту перед ним стоял пластиковый бокал «Двойного золотого». «Ну, Андрей Васильевич, — сказал сам себе Петров, — выпьем за начало новой жизни». Он отхлебнул отменного, в меру охлажденного пива. Хорошо! Андрей вдруг вспомнил про пачку «Кэмэл», вытащил ее из кармана, подмигнул верблюду. Внутри лежали разного цвета, формата и качества визитки: охранное агентство «Смерч», служба безопасности «Гарант», ассоциация детективов… Эва чего! Ну, ты, Моисеич, даешь! Андрей убрал карточки обратно в пачку, подкинул ее на руке и ловко швырнул в урну метрах в трех.

Попал.

Подведя итоги совещания, Бегемот сказал:

— Всем спасибо. Цели ясны, задачи определены. За работу, товарищи!

Эту шутку он произносил постоянно, она успела всем надоесть, но присутствующие засмеялись или, по крайней мере, улыбнулись. Шутит Сам! Огромный, отделанный под дуб кабинет с сияющим паркетом и дорогой, но безликой мебелью, быстро освобождался от сотрудников.