Специалист

Но это означало, что этот «кто-то» знал о предполагаемом аресте. А утечка информации из недр «конторы»… Об этом даже думать не хочется! Но придется. И Рощин, продолжая механическую работу по осмотру, просчитывал варианты. Все они казались невероятными: о предстоящем аресте Виктора Котова знал очень узкий круг людей. Все они пользовались абсолютным доверием. Люди, привлеченные «со стороны» (ребята из «наружки»), узнали о личности «объекта», времени и месте операции только утром, когда этот самый «объект» был уже мертв.

Нет, это бред какой-то! Выбрось из головы, работай.

Как же, выбросишь! Предположение о возможности утечки бросают в жар любого сотрудника любой спецслужбы в любой стране мира. Допущение такой возможности способно парализовать деятельность всего аппарата. Пока предатель не вычислен, пока неясно, к какому кругу вопросов он имеет доступ… В «деле Котова» все было не так трагично, не затрагивало глобальных вопросов безопасности. Да и круг подозреваемых весьма ограничен; всего шесть человек. Включая самого Рощина и начальника следственной службы.

Нет, это полный бред!

Вообще, все в этой квартире — бред. Сочетание высокоинтеллектуальных наклонностей хозяина, о чем свидетельствуют великолепная фонотека классической музыки, коллекция альбомов по живописи, и — садомазохистский застенок, превратившийся в застенок настоящий. Более чем странный «наряд» Котова, наличие в доме наркотиков, оружия… Осмотр квартиры приносил все новые и новые неожиданности:

Бирилюк была не просто в шоке, как подумали сначала следователи, она была в глубоком наркотическом трансе.

Прямо на полу перед Лидкой была высыпана горстка белого порошка. Рощин взял несколько крупинок и лизнул их. Вскоре почувствовал, как начал неметь кончик языка. Все стало ясно: кокаин. Это могло бы стать еще одной уликой против Котова, если бы…

Когда эксперт дал категорическое заключение, что замок не пытались открывать ничем, кроме «родного» ключа, майор еще более уверился, что ограбление — только инсценировка. Котов сам впустил в квартиру своих убийц, после чего его подвергли пыткам и застрелили двумя выстрелами: одна пуля попала в левый глаз, другая пробила горло.

Стреляли в упор, с полутора-двух метров. Жестоко и профессионально. Но профессионал не оставляет стреляных гильз, если имеет возможность унести их с собой. Профессионал, не оставляет по всей квартире отпечатков пальцев. Профессионал не оставляет свидетелей, в конце концов.

— Когда я смогу допросить ее, доктор? — спросил Рощин у врача.