Специалист

— Меня зовут Александр Петрович, — представился мужчина в сером костюме, но руку не протянул.

— Очень приятно, — автоматически ответил Свешников.

Только теперь он понял, что обратной дороги нет, что он стал соучастником убийства. Стало страшно по-настоящему. Александр Петрович, видимо, понял состояние заказчика и спросил доброжелательно:

— Выпить хотите? Есть хороший коньяк. Хенесси.

— Хочу, — ответил Свешников.

— Отлично, — сказал хозяин, доставая из маленького бара бутылку и два пузатых коньячных бокала.

Плеснул на четверть. В салоне запахло благородным напитком. Не чокаясь, выпили.

— А теперь маленькая формальность, — Александр Петрович достал из внутреннего кармана небольшой приборчик с двумя рожками и быстро «ощупал» им Свешникова. Чувствовалось, что эта процедура для него привычна.

— Все в порядке, — сказал он, наблюдая за зеленым огоньком на дисплее. — Слушаю вас, Владимир Николаевич.

— А-а? — показал через плечо на водителя Свешников.

— Мой помощник, — усмехнулся хозяин — можете говорить.

Рассказ заказчика длился десять секунд, расспросы «тамады» — более получаса. Свешников отметил про себя, что вопросы задаются быстро, четко, конкретно. Отметил, что они повторяются. Даже неопытный в такого рода делах секретарь понял, что перед ним профессионал. Так оно и было на самом деле. Более двадцати лет своей жизни «Александр Петрович» прослужил в КГБ СССР. Сейчас он служил новому богу.

— Ну что ж, Владимир Николаевич, — сказал он в завершение разговора, — в целом картина ясна.

— Без проблем, — ответил Свешников. Он достал из кармана фотографию Сафонова. Цветное фото форматом «десять на пятнадцать» было разрезано пополам — Владимир Николаевич отрезал половинку с собственным изображением. Фотографировались год назад на охоте, в погранзоне за Выборгом. Сафонов улыбался в объектив, за спиной желтел осенний октябрьский березняк, пронизанный солнцем.

— Адрес на обороте, — добавил Свешников.

— Отлично, — улыбнулся Александр Петрович. — Каков желательный срок исполнения?

— Неделя реально? — спросил Свешников.

— Вполне. Если не возникнет форс-мажорных обстоятельств, — ответил «тамада». — Предоплата — пятьдесят процентов.

— Я готов оплатить сейчас.

Семьдесят пять стодолларовых купюр из пачки, схваченной банковской бандеролью, были дважды пересчитаны и переданы из рук в руки. Свешников уже успокоился.