Специалист

В случае, если подтвердится, получить первичные материалы и — это главное! — изъять все документы и предметы, которые могут носить секретный характер. Задача, учитывая «полуофициальный статус» миссии полковника Комарова, деликатность и конфиденциальность поставленных вопросов, весьма непростая. Да плюс ко всему тот криминальный фон, на котором погиб Александр Берг. Черт его знает, есть здесь какая связь или нет? Да, в любом случае — головная боль надолго. И вообще, офицер ГРУ, тем более работающий автономно (даже куратор по северо-западному региону не в курсе), просто так на нож не попадает… не должен, по крайней мере.

А вот попал!

— Нет, не все, — ответил Петров, — есть еще одно удостоверение. Догадываетесь какое?

— Догадываюсь. Можно на него взглянуть?

— Взглянуть можно. А вот отдать я вам его, извините, — не отдам. Вы же понимаете.

— Понимаю, — ответил «подполковник».

Пересечение интересов силовых ведомств всегда было чревато… нюансами. Каждое выполняло свои задачи, и «коллег» в свои дела впускало весьма неохотно, только по мере необходимости.

Тем временем подъехали еще два автомобиля — черная «Волга» и «Рафик». ФСБ, поняли руоповцы, машины прокуратуры они знали. Петров почувствовал облегчение: теперь следствие возьмут в свои руки комитетчики, как называли сотрудников ФСБ по старинке.

Вот пускай они сами с разведкой или контрразведкой, как их там правильно, и разбираются. А мне своих проблем хватит, подумал Петров. Вся нервотрепка впереди.

Из «Волги» вышли трое. Подтянутые, цепкие, внимательные.

Несколько настороженные. В одном из них Петров узнал начальника следственной службы УФСБ подполковника Любушкина. Однажды, год назад, работа свела их вместе в одном стремном деле. Петров запомнил Любушкина как профессионала с хорошей хваткой, острой реакцией и отличной работоспособностью. Работалось с ним легко. Друзьями они, разумеется, не стали, но после окончания того дела расстались с чувством уважения друг к Другу.

Любушкин тоже узнал Петрова, подошел:

— Здравствуйте, Андрей Васильевич, рад вас снова видеть.

Только вот обстоятельства… не очень. — Он слегка, одними губами, улыбнулся.

— Здравствуйте, Юрий Михайлович, взаимно рад. А обстоятельства… Они хуже, чем можно себе представить.

— Та-ак, — слегка протянул комитетчик… Голос выдавал то напряжение, которое скрывалось за спокойными внимательными глазами. — Слушаю вас.

Из «Рафика» тем временем вышли еще трое мужчин. Один нес фотоаппарат и видеокамеру «Sony», двое других — саквояж.