Специалист по кадрам

Лучше расстаться с тремя тысячами, чем со здоровьем.

— Всё я понимаю. Только денег у меня нет. А если бы были, не дал бы.

— Мы это выясним, — пригрозил главный.

— Только попробуй сунуть руку мне в карман. Получишь по морде.

— Гайдзин, ты совсем тупой? Полезешь драться, огребешь. Нам придётся избить тебя как следует, чтоб запомнил на всю жизнь.

— Нет, родной, это ты не понимаешь. Пока будете бить, цепану кого-нибудь ногтями, останется ДНК для полиции. И это будет расцениваться уже не как разводняк пуганого лоха, а нападение с целью грабежа группой лиц, а это уже тяжкое преступление.

С ДНК полиция вас найдёт, суд нагрузит вас за групповой грабёж. Ну, сколько вам светит? Лет по десять?

— Откуда знаешь про наши законы?

— Я, может, тоже японец, пусть и не чистокровный, — соврал я. — Дальше, пока я с переломами и сотрясением в больничке полежу, отдохну от душного офиса, за мной медсестрички поухаживают, работодатель мне больничный оплатит, а суд тем временем ещё и взыщет с вас кругленькую сумму морального ущерба, которую вы долго и нудно будете отрабатывать по ту сторону колючей проволоки.

Ну и в каком месте я от такого расклада должен быть напуган?

Вожак смотрел на меня исподлобья.

— Короче. Или бейте, или пошли нахрен с дороги.

— Откуда ты такой борзый, гайдзин?

— Ну, допустим, из России. Что дальше?

— Я так и думал, — вожак скривился как от кислого, — Эти русские все поголовно ушибленные на всю голову. Я не понимаю, о чем думает премьер-министр? Как он собирается договариваться с ними по возврату северных территорий?

Меня позабавил переход гопника на большую политику, но думаю, это хороший знак.

Он меняет тему, а значит, не желает усугублять конфликт.

— Ну а я даже спрашивать не буду, откуда ты. Сам вижу, что ходишь в спортзал Марута-мати Дори, — я указал на его куртку с надписью и эмблемой, намекая что такая одежда выдаёт его с головой.

— Ну, приходи на занятия, гайдзин, если такой смелый.

Ikuzo! Пошли парни, мы ошиблись, уходим.

Оставшись в одиночестве, шумно выдохнул. Тоже мне, миролюбивая Япония. Хотя, о чём я, они ж меня не побили, значит миролюбивые.

Традиционные двери в японских жилищах чаще всего раздвижные и как правило очень лёгкие. А эта дверь была старой, скорее европейской, на потемневших от времени металлических петлях. При этом она не была снабжена ни звонком, ни даже захудалой веревочкой, как у бабушки Красной шапочки.