Спецоперации

По свидетельству Суханова, помощника Маленкова, и сообщению моего младшего брата (его жена работала в секретариате Маленкова), Пегов вернулся из Софии с пустыми руками — ни свидетельств, ни признаний. Все это держалось в тайне, но фигурировало в приговоре по делу Берии и моем деле.

Однако в своих мемуарах Хрущев, знавший обо всех этих деталях, все-таки предпочел придерживаться прежней версии, что Берия вел переговоры с Гитлером о сепаратном мире, вызванные паникой Сталина. На мой взгляд, Сталин и все руководство чувствовали, что попытка заключить сепаратный мир в этой беспрецедентно тяжелой войне автоматически лишила бы их власти.

Не говоря уже об их подлинно патриотических чувствах, в чем я совершенно уверен; любая форма мирного соглашения являлась для них неприемлемой. Как опытные политики и руководители великой державы, они нередко использовали в своих целях поступавшие к ним разведанные для зондажных акций, а также для шантажа конкурентов и даже союзников.

Так, наша агентура, имевшая выход на окружение молодого румынского короля Михая, прозондировала взаимную заинтересованность его двора и советского руководства в выходе Румынии из прогитлеровской коалиции.

Как и в случае с Финляндией, наши дипломаты подготовили и оформили договор о выходе Румынии из войны против СССР, Англии и США и о вступлении ее в войну с Германией. Этому предшествовало еще одно важное событие: руководимая нашими оперработниками группа боевиков румынской компартии задержала лидера фашистов премьер-министра Антонеску при посещении им короля.

Среди малоизвестных закулисных событий Великой Отечественной войны следует отметить исключительно большую работу заместителя начальника 4-го управления НКВД Мельникова и наших нелегалов в 1930-х годах Парпарова и Ярикова по разложению войск противника. Под непосредственным руководством Мельникова к сотрудничеству с советскими властями и к созданию антифашистского комитета военнопленных были привлечены оказавшиеся в наших руках после сталинградской битвы генералы фон Зайдлиц и Паулюс.

Эти видные военачальники рассматривались в качестве возможных кандидатов в состав антифашистского немецкого правительства в эмиграции, которое Берия предлагал организовать в Москве в 1944 году.

Об этом эпизоде интересно пишет в своих публикациях наш историк Леонид Ретин. Он, в частности, отмечает, что предложения НКВД о создании немецкого правительства в эмиграции были торпедированы немецкими коммунистами, находившимися в Москве, и руководством Коминтерна.