Список приговоренных

Фамилия его Веретенников, звать – Алик. Кто такой и чем занимается – неизвестно, тебе это выяснить и нужно. Он в Москве квартиру снимал, вроде бы с другом. Надо съездить, расспросить…

– Будет сделано, товарищ генерал-лейтенант! – вдруг гаркнул Крячко и взял под воображаемый козырек.

Орлов недоверчиво покосился на него и сказал:

– Давай. Вот тебе адрес.

Крячко встал со стула и направился к окну. Да уж, температура за окном явно превышала тридцать градусов, и идти никуда не хотелось.

Но разве это не лучше, чем сидеть в душном кабинете, перебирая документы, и пить надоевший чай Гурова с черникой?

«Да кто вообще придумал этот чертов чай с черникой?! Гуров что, не мог обычного оставить?!» – в душе выругался Крячко.

Больше черничного чая он ненавидел, наверное, лишь жару. И в совокупности эти факторы дурно отражались как на его самочувствии, так и настроении.

Жару Крячко на дух не переносил, как и холод, собственно.

Вообще погодные условия являлись для него важным атрибутом. А когда жара настолько невыносимая – как можно думать о работе?

Орлов же, видя, что Крячко все уяснил и, поборовшись с дурным настроением, все же отправится выполнять поручение, быстренько покинул стул и, пробормотав на ходу «Ну ладно, я пошел, у меня еще дел по горло!», бочком вышел из кабинета. Крячко проводил его взглядом, в котором читалось сомнение.

Что-то показалось ему фальшивым в поведении начальника, что-то уж как-то он не слишком натурально себя вел, слишком любезно приветствовал Крячко и даже откровенно лебезил перед ним в начале своего визита. И это Станиславу не нравилось. Не нравилась ему и перспектива мотаться по столичной жаре и пробкам, однако, бросив взгляд на свой стол и оценив кипу бумаг, к которой, откровенно говоря, он еще и не притрагивался, Крячко собрал все свое мужество и решительно пошел к двери.

Выйдя из отдела, Крячко решил выпить кваса за углом, чтобы не так помирать от жары. Солнце светило ему в глаза, пот стекал ручьем, а ехать ему на другой конец города. Причем на метро, потому что машиной своей Крячко сейчас не пользовался: кондиционер в ней сломался еще в начале лета, а починить у Станислава все руки не доходили.