Список приговоренных

Борис наклонился, чтобы поднять ее, затем быстро затушил под струей воды из-под крана, после чего взял девушку за плечи, прижал к себе и стал говорить что-то успокаивающее.

Однако та не успокаивалась, продолжая взахлеб что-то говорить. Голос ее периодически взлетал вверх, превращаясь чуть ли не в визг, затем опускался до глухих рыданий.

– Есть что-нибудь, успокаивающее? – тихонько спросил Крячко сзади.

Борис молча кивнул на буфет, и Крячко, открыв дверцу, достал оттуда круглую коробку с лекарствами. Найдя пузырек с валерьянкой, он не церемонясь с высчитыванием капель щедро плеснул в чашку, полагая, что девушке, обладающей повышенной эмоциональностью, лишняя доза не повредит.

Затем он разбавил жидкость и протянул чашку Борису, надеясь, что от него девушка скорее согласится ее принять. Так и вышло: уговариваемая братом, она послушно выпила лекарство, потом снова принялась плакать.

Крячко, поставив пустую чашку в раковину, вернулся на табурет, приготовившись терпеливо ждать, когда девушка придет в чувство.

Ничего другого ему не оставалось.

Спустя пять минут девушка более-менее пришла в себя. Борис усадил ее на стул, она сидела обмякшая, потерянная, глядя перед собой в одну точку и постоянно повторяла:

– Не может быть… Как же мы без него проживем? У нас же денег нет… совсем. Чем я буду платить за квартиру? Я же обещала хозяйке… Она нас выгонит, обязательно выгонит…

Вид у девушки сейчас был далеко не самый привлекательный. Показавшаяся Крячко весьма симпатичной при знакомстве, сейчас она выглядела разбитой и опустошенной.

– Вы можете сейчас говорить? – обратился он к ней.

Девушка повернулась к нему с видом сомнамбулы и произнесла медленно:

– Квартира… Деньги… Чем мне заплатить за квартиру?

Кажется, эта мысль была единственной, что шевелилась в ее голове. Скорее всего, это была своеобразная реакция на шок от полученного известия. Во всяком случае, Крячко не связал ее с меркантильностью девушки. Ему показалось, что она и впрямь всерьез переживает из-за гибели своего парня.

Состояние, которое она испытывала, – страх. Страх перед хозяйкой, страх перед будущим, страх оказаться на улице…

Но Крячко нужно было двигаться дальше, нужно выводить девушку из этого состояния и добывать информацию, поэтому он сказал:

Он намеренно задал этот простой будничный вопрос, желая создать контраст между трагедией, казавшейся девушке катастрофой, и обыденной жизнью с ее заботами, которая продолжалась.