Список приговоренных

Он приподнял на лоб солнцезащитные очки, как бы рассматривая Гурова внимательнее, после чего сказал:

– Ну, у нас тут свой разговор. Без посторонних, так сказать. Да и у Пети к нам никаких претензий нет. Правда, Петя? – ласково, но со скрытой угрозой в голосе обратился он к хозяину «Хуторка». Тот колебался пару мгновений, но после отрицательно помотал головой.

– Вот видите, – улыбнулся загорелый. – Все в порядке. Идите своей дорогой. К тому же мы уже закончили на сегодня. Пошли, Малыш! – обратился он к своему спутнику.

Однако Гуров не отпустил их так просто. Протянув руку, он выдернул пакет у детины в борцовке и заглянул в него. Там лежали пачки денег. Непонятно сколько, но на вид сумма была довольно внушительной. Гуров коротко присвистнул и перевел взгляд на хозяина кафе Петю.

– У вас отобрали эти деньги? – спросил он.

– Шо вы, шо вы! – замахал тот руками. – Да я сам отдал! Это же мой долг, я должен, понимаете? Спасибочки вам огромное, но и взаправду мы сами как-нибудь разберемся.

– Вы напрасно боитесь, – возразил ему Гуров.

– Слышь, полковник! – подал голос детина.

Лишившись пакета с деньгами, он озлобился еще сильнее. Загорелый положил ему руку на голое плечо и сжал в знак того, видимо, чтобы он держал себя в руках. Детина поморщился, сбросил руку, а его спутник заговорил:

– Полковник – это, конечно, хорошо. Только ты ведь из Москвы, а сюда отдыхать приехал. Следовательно, полномочий у тебя здесь нет, и ты обычный гражданин, как и вон те отдыхающие, – он неопределенно кивнул в сторону пансионата.

Загорелый бандит был определенно более интеллигентен, чем его спутник, однако особого значения для Гурова это не имело.

– Вы не совсем правы, уважаемый, – в тон ему ответил Гуров. – Официальных полномочий я могу добиться в кратчайшие сроки.

– У Васнецова, что ли? – небрежно проговорил загорелый, но Гуров почувствовал в его интонациях досаду. Вмешивать в эти разборки полицию бандитам все же не хотелось.

– Слышь, полковник, – снова вступил детина в борцовке. – Ты, конечно, человек там уважаемый и все такое. Большая шишка в Москве, наверное. Но это в Москве! – Он поднял короткий палец. – А тут у нас все по-другому устроено! И ты сейчас в чужой базар влезаешь, так что по-любому ты не прав.

Гурову показалось на минуту, что он попал в девяностые годы. Надо же, в этом поселке еще сохранились рудименты того разухабистого времени в лице такого вот детины.