Список приговоренных

Тот, как-то неопределенно качнув головой, молча снял трубку телефона внутренней связи и снова пригласил в кабинет Дроздова. Когда судмедэксперт унес банку с ее непонятным содержимым, Стас с выражением гения на лице, которого не желают понять всякие там ретрограды, положил ногу на ногу и откинулся на спинку кресла.

– А ты с нашими коллегами, кто работает с «панельным сектором», общался? – нарушив молчание, спросил его Гуров. – Я же тебе кое-какие наводки дал, думал, заедешь в райотдел по месту жительства Зубильского, выявишь интересующих нас людей… Нет?

– Лева! – возмущенно всплеснул руками Крячко.

 – Ну, если учесть, что я, по сути, расколол главного подозреваемого, то на кой бы они нам были нужны, эти красотки с панели?! Если убийство, можно сказать, «без пяти минут» раскрыто, к чему какая-то лишняя беготня?!! Хотя заезжал я на Посольскую, выяснял. Да, Стукинец и Рычалова там прописаны. Но не проживают. Финиш! Слушай, Лева, на хрена нам разыскивать этих девок, если есть подозреваемый, если есть его признательные показания?! Причем – обрати внимание! – полученные без какого-либо давления!

Лев, не выдержав, громко фыркнул и с подначкой в голосе проговорил:

– Это называется «одним махом – семерых убивахом»… Кстати! А где же он сейчас, этот расколотый тобой подозреваемый?

– В Петрове… – ответил Станислав.

 – Я вызвал наряд и отправил его в тамошнее КПЗ. А что? Пусть пока находится там. А как утрясем детали, можно будет перевести и в СИЗО…

В этот момент на столе Орлова голосистым сверчком запиликал телефон внутренней связи.

Выслушав звонившего, генерал медленно положил трубку и в упор взглянул на Станислава. Тот встревоженно заерзал и зачастил:

– Ну, чего, чего там? Говори уж…

– Скажу! – свирепо прорычал Петр. – Стас, ты – лопух! Еще раз повторить? Ло-пух! Это обычный сахар, без намека на примесь хоть какого-то токсина. Понял?

Гуров рассмеялся, раскачиваясь и хлопая себя по коленкам ладонями. Следом за ним, несмотря на раздражение и недовольство, рассмеялся и Орлов.

– Ну, прямо Ильф и Петров – «пилите, Шура, пилите!» – процитировал он классиков сатиры.

 – Только там были «золотые» гири, а тут – сахарная «отрава»… Ты этого Цепочина хотя бы спросил, откуда он взял такой вот «яд»?

Окончательно скиснув, Крячко хмуро подтвердил, что «отравителя» о происхождении «крысомора» он расспрашивал, и даже очень настойчиво. Тот его заверил, что «яд» взял в обмен на бутылку «первача» у старого знакомого, который когда-то служил на химическом полигоне.