Список жертв

— Меня нельзя назвать хорошим детективом, — протянул он и вдруг закончил: — Скорее уж великим!

— Мне бы вашу уверенность!

— Но вы по-прежнему не ответили на мой вопрос, — напомнил детектив Бьюкенен.

Он скинул мокасины, вытянул ноги и устроился поудобнее.

— В смысле найдет работу?

— Да. Она так и не узнала, что он обманывал ее. По крайней мере я думаю, что она не знала. И уж конечно, она и предположить не могла, что он снова женится — и так быстро!

— А Эйден согласен был предоставить ему этот год?

— Конечно, ведь таково было желание мамы.

— Просто мне показалось, что он ведет дела семьи.

— Он самый амбициозный из нас и самый ответственный. И вы правы, он ведет дела семьи. — Риган нахмурилась и нерешительно добавила: — Мне только иногда хочется…

— Чтобы он перестал думать, что он может руководить и моей жизнью тоже. Никогда не могла понять, почему он считает себя вправе это делать.

— Ну, это-то как раз понятно!

— Да? Вам понятно? И почему же он все время пытается руководить мной?

— Потому что вы ему это позволяете.

Риган с отчаянием взирала на свой чистый стол. Как же так? Она пребывала в уверенности, что у нее полно работы, и собиралась несколько дней посвятить упорному труду. И вот, пожалуйста, прошло всего два часа, а она все сделала. Каждый документ прочитан, подписан и уложен в папку. Все письма, полученные по электронной почте, прочитаны, ответы написаны и отправлены. Ни один телефонный звонок не остался без ответа.

Риган побарабанила пальцами по столу. Вот на ее диване лежит детектив. Это телохранитель, приставленный к ней полицией. Если она согласится с тем фактом, что телохранитель ей действительно необходим, то придется признать, что Риган Мэдисон по-настоящему угрожает опасность. Она понимала, что, скрываясь за путаницей слов и отказываясь взглянуть в лицо реальности, ведет себя глупо и даже трусливо… Ну и что? Да, ей страшно, и чем больше она позволяла себе думать о сложившейся ситуации, тем страшнее ей становилось.

Алек отложил журнал и повернулся к источнику звука — Риган по-прежнему бессознательно постукивала пальцами по гладкой поверхности стола. Он увидел ее напряженное лицо и моментально спросил:

Бьюкенен подумал, что не стоит пока давить на нее. Должно быть, девушка чувствует себя запертой в клетке.