Список жертв

Алек выглянул из кабинета, увидел Кевина, который все еще болтал с Генри, и покачал головой.

— Да ничего. Просто у некоторых людей нет тормозов, и это осложняет жизнь другим. Общение с подобными экземплярами не самый лучший способ начать день.

— Но все прошло благополучно?

Он пожал плечами и больше не возвращался к разговору о Кевине и полицейской операции. Риган вздохнула: она уже поняла, что если створки этой устрицы захлопнулись, то больше она ничего не узнает.

Потом день вошел в обычное русло: детектив Бьюкенен дремал на диване, а она разбирала папки с документами.

Вечером они решили развлечься: заказали пиццу, попкорн и пиво и устроились в гостиной Риган смотреть кино. Это была старая мелодрама, и Риган всхлипывала. А Бьюкенен смеялся. Она обвинила его в том, что он совсем, ну ни капельки не сентиментален, а он воспринял это как комплимент.

На следующий вечер кино выбирал он, и они опять смотрели классику. Только теперь это была не история про любовь, а суровый боевик с горой трупов и морем крови.

Когда на экране появились титры, он сказал:

— Если хочешь, можем посмотреть еще раз. Риган взглянула на него с подозрением: нет, он не шутит.

— Спасибо, что-то не хочется. На мой вкус, в этом фильме многовато насилия и жестокости.

— Ты правда думаешь, что это жестокий фильм?

— Алек, я насчитала тридцать два трупа.

— Это за первые тридцать минут. Потом я сбилась и перестала считать.

— Так ведь они были инопланетяне, которые пытались использовать людей в качестве пищи. Чего же ты хотела?

— Ну, я была бы рада, если бы они не устраивали свои пирушки непосредственно перед экраном.

— Тогда было бы совсем не страшно. По-моему, фильм классный. Я такие обожал в детстве.

— Тебе нравилось, когда тебя пугали?

— А кошмары потом не снились?

— У меня не было отдельной спальни: я делил комнату с братцем Диланом и всегда считал, что вдвоем мы справимся с любым злодеем.

— Был? Не нужно прошедшего времени. Ты все такой же.

— Да ладно. В нашей семье восемь детей, и все мы по очереди прошли через прекрасный и сильно переходный возраст.

— А ты какой по счету?

— Третий. Тео самый старший, потом Ник, я, Дилан, Майк, две сестры — Джордан и Сидни, — а потом младший — Зак. Он все еще чудит.