Сначала он собирался проследить за се машиной, но и тут ему повезло. Один из служащих громко спрашивал у других, как быстрее проехать до Лайам-Хауса. Поэтому он не стал расстраиваться, когда потерял из виду ее машину на слишком оживленной Мичиган-авеню. Просто поехал к Лайам-Хаусу, припарковался в полумиле от здания и трусцой побежал дальше. Надвинув бейсболку на глаза, он не спеша обежал здание дважды. Он надеялся, что неподалеку найдется дорожка для бега и он смешается с другими помешанными на здоровом образе жизни.
Но здесь его ждало разочарование. Тут были лишь улицы, парковки и единственный лоскуток зелени — маленький парк. Мужчина вернулся к зданию. Парковка тонула в сгущающемся сумраке, но из распахнутых дверей Лайам-Хауса лился свет. Туда спешило довольно много народу, и он вдруг испугался до дрожи в коленях: что, если она — избранная им — уже проскользнула внутрь, пока он бегал вокруг, закончила свои неведомые дела и уехала? Развернувшись, мужчина побежал к парковке. Машину он отыскал довольно быстро и вздохнул с облегчением, даже улыбнулся: она все еще в здании.
Он вернулся к Лайам-Хаусу и принялся присматривать себе наблюдательный пункт. Потом что-то словно толкнуло его, мужчина поднял взгляд — и вот она, стоит на крыльце. Распахивается дверь, на короткий миг ее окружает ореол света, и он перестает дышать, пораженный такой красотой и совершенством. А потом… потом ему вдруг показалось, что это Нина — его Нина стоит там, на крыльце, окруженная сияющим светом. Он моргнул, и видение пропало.
Та, другая, красивая, осталась. Должно быть, это из-за волос, подумал он. А может, потому что он давно так много не думал об одной и той же женщине. Он был странно взволнован; даже дышать стало трудно. Сзади послышался шум, и мужчина вдруг вспомнил, что довольно долго стоит на месте. Черт, он совсем позабыл об осторожности. Он присел на одно колено и сделал вид, что завязывает шнурок. Мимо прошел человек, нагруженный сумками. Должно быть, ходил за продуктами. Он прятал лицо, пока человек не удалился на достаточное расстояние.
В небе раздался раскат грома. Теперь надо спешить. Он выпрямился и сделал шаг вперед, невольно сутулясь и прикрывая лицо от резкого ветра. В следующий момент хляби небесные разверзлись, и хлынул дождь.
Теперь он смотрел, как она идет. Ему хотелось как следует запечатлеть в памяти это зрелище. Чудесные ноги: длинные и стройные. Юбка короткая, ровно настолько, чтобы выглядеть изящной, но не вызывающей.
