Спящая во льдах

Именно из-за него Гордецкий был разжалован в обычные архивариусы, – Винник знал много тайн, его ни в коем случае нельзя было упускать. Все эти месяцы его искали, но пока усилия агентов корпорации не приносили плодов. Может, Гордецкому удалось что-то узнать?

– Хорошо, – кивнул Кривоносов. – Я поговорю с ним.

Анжелика молча удалилась. А секунду спустя на стене конференц-зала засветился широкий экран видеофона. На его плоской поверхности появилось лицо Эммануила Гордецкого.

– Добрый вечер, Эдуард Владленович, – вкрадчиво поздоровался бывший управляющий.

– Через десять минут у меня назначена встреча, так что будьте кратки. Что вы хотите мне сообщить?

– По правде сказать, у меня есть для вас предложение.

– Вот как? Занятно. И что же вы можете мне предложить? Кривоносов опустился в кресло.

– Я знаю, где скрываются профессор Винник и его дочь, – медленно проговорил Гордецкий.

Президент «Экстрополиса» с трудом сдержался, чтобы не вскочить.

– Откуда у вас информация? – как можно спокойнее спросил он.

– У меня свои источники, – уклонился от прямого ответа Гордецкий.

– Что же вы хотите взамен?

– Вам не кажется, что я достаточно наказан? Хочу вернуться в кресло управляющего корпорации и возобновить свою деятельность. Я признаю, что был беспечен и недальновиден, но на ошибках учатся.

Кривоносов с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла и сложил пальцы на животе.

– Интересное предложение, Эммануил! – признался он. – Значит, вы сообщите мне, где скрывается Винник, если я восстановлю вас в вашей прежней должности?

– Более того! Я пошлю своих людей, и они тотчас же приволокут сюда и Винника, и его красавицу-дочь.

– Своих людей?! – Кривоносов скривился в усмешке.

– Но у меня еще есть преданные мне сотрудники.

– В данный момент корпорацией управляет барон Фредерик Ашер. Думаете, он будет рад, если я смещу его с этого поста?

– Все-таки президент «Экстрополиса» – вы. И вы должны принимать решения, а не Ашер, Эдуард Владленович!

Кривоносов задумался, устало массируя переносицу кончиками пальцев.

– Занятно, – наконец произнес он.