Согнувшись, мы пробрались через обломки мебели к окну, выходящему на улицу. Многоэтажка, видневшаяся в окне, была той самой проблемой для наших штурмовиков.
— В какой стороне снайпер? — Спросил я у Натановича. Мы прижались к стене у окна, стараясь не отсвечивать.
— А кто ж его знает? — Невесело усмехнулся тот. — На то он и снайпер, чтоб бить из неизвестности. Знаем, что есть, а засечь его никто не может. Ни вспышки, ни выстрела неслышно.
— Ясно.
Я отполз к соседнему окну и в простенке выпрямился в полный рост. Повернувшись лицом к стене, я сосредоточился и плавно пересёк оконный проём до соседнего простенка.
Никто по мне не стрелял, как я и рассчитывал. Слишком короткое время был на виду. Зато мне удалось многое рассмотреть и запомнить.
В здании напротив, первые этажи остались практически без окон. Даже рамы сохранились не везде. Кирпичные стены, наоборот, прекрасно держались несмотря на многочисленные следы от пуль и взрывов.
На третьем этаже одна из комнат отличалась насыщенной темнотой. Располагалась она немного сбоку от нас.
Возможно, из-за бликующих осколков стекла, сохранившихся в оконных рамах, этот факт не сильно бросался в глаза.
Я мог не обратить внимания на это окно, но знакомое свечение в темноте заставило на нём сосредоточится. Артефакт точно находился в той комнате. Пока я двигался, свечение немного сместилось. Кроме артефакта, удалось разглядеть блеснувший срез толстого глушителя, направленный в мою сторону.
— Ты самоубийца? Другого способа не нашёл? — Прошипел недовольный Натаныч.
— При чём здесь это? — Я поднял забрало шлема, чтобы мы могли лучше слышать друг друга.
— Тебе же было сказано про снайпера, а ты в окнах маячишь. Мишень из себя изображаешь.
— Я недолго на виду находился, снайпер меня только засёк, но прицелиться не успел.
— Откуда ты знаешь? — Остывая, спросил мой сопровождающий.
— Видел. Он на самом деле почти напротив нас устроился. У вас ручные гранатомёты с термобарическими гранатами есть? — Поинтересовался я.
— Это что ещё за зверь?
— А с фугасными или фугасно-осколочными? — Продолжал я сыпать вопросами.
— Трофейные должны быть. — С кислым лицом ответил Натаныч. — Наши кончились, и когда новые привезут, неизвестно.
— Понятно, почему вы отступаете. — Не удержался я от колкости.
— Много ты знаешь! — Окрысился боец. При этом его взгляд оставался ледяным и изучающим.
— Ты не ерепенься. Я тебе претензий предъявлять не собираюсь. — Постарался я сгладить углы. — Бинокль-то есть? Объясню, как снайпера увидеть.
