— Я распахнул не застёгнутый халат и показал место под мышкой. — Не думаю, что это займёт много времени. У меня повышенная регенерация. Действовать придётся очень быстро. Соответственно, зажить тоже должно за короткое время.
— Тинил упоминала, что на вас очень быстро заживают мелкие порезы. — Кивнул хирург. — Байбал, справишься? Обезболивающие применять нельзя. — Напомнил он.
— Это не сложнее, чем ногу на живую ампутировать. Справлюсь. — И уже обращаясь ко мне, узкоглазый помощник хирурга добавил. — Снимай халат и ложись набок.
Я тебя сейчас резать буду. — Ещё и улыбается, зараза такая. Он жестом согнал санитаров с кушетки. — А вы, ребята, идите отдохните. Ваша помощь здесь не требуется.
Парни с облегчением вышли за дверь. Я протянул пластину медбрату, скинул халат и улёгся на низкую кушетку лицом к стене, подставляя левый бок.
— Делай разрез до грудной фасции. — Послышался совет Кагье. — Легче будет протолкнуть пластину под кожу.
— Я так и планировал. — Ответил ему медбрат. — Когда с оленя шкуру снимаешь, практически то же самое делать приходится.
— Медицинский юмор всегда отдавал чернотой.
Я почувствовал, как место предстоящей операции обрабатывают спиртом. Занятие бесполезное, но решил не возражать. Пусть делает как хочет. Мне сейчас больно будет, и надо постараться не перейти в сумеречное состояние. Иначе процедура может закончиться очень плохо.
Скальпель коснулся кожи и начал в неё погружаться. Место разреза мне видно не было, но я как будто услышал треск раздвигаемых мягких тканей.
Оказалось, не так больно, как ожидал.
— Вот шайтан! — Воскликнул медбрат. — Разрез сразу затягивается!
— Режь быстрее и сразу просовывай в разрез пластину. — Посоветовал я."
"— Ну, смотри. Сам напросился. — Непонятно зачем, предупредил меня Байбал.
Вот теперь треск послышался очень хорошо. Медбрат нисколько не переживал за моё самочувствие и действовал быстро. По болевым ощущениям, разрез оказался ерундой, по сравнению с проталкиванием пластины под кожу. Не знаю, с чем это было связано, но мой организм не пытался перейти в сумеречное состояние.
— Готово! — Обрадовал меня медбрат. — Чуть подожди, сейчас края раны срастутся и можно вставать. Как ощущения?
— Издеваешься?
— Немного. — Признался Байбал. — Все бы такие пациенты были. Раз — и рана затянулась.
— Помер бы с голоду. — Проворчал я. Боль ушла, но место, куда вживили пластину, начало чесаться. — Долго там ещё?
— Потерпи. — Тампон, смоченный спиртом, прошёлся по моему боку, видимо, вытирая кровь.
