Кагье в это время занимался сведением краёв большого разреза на животе Василия. Стоило ему соединить края, как они через пару секунд начинали срастаться. Я аж засмотрелся на его работу, забыв про свои мысли. Не хирург, а булочник, слепляющий края большого пельменя.
— Так, Байбал. — Наконец, выдохнул облегчённо Кагье. Его часть работы была закончена. — Ты сегодня ничего необычного не видел. Это ясно? Мне не надо грозить карами и прочими неприятностями? Надеюсь, хватит моего обещания, что долго ты не проживёшь, если проболтаешься? Даже во сне.
— Неожиданно тяжёлые, риторические вопросы зазвучали в тишине хирургического кабинета, как приговор.
— Кагье, а не слишком? — Удивлённый Байбал не смог удержаться от вопроса.
— Нет. Ты моё слово знаешь. Я его сказал сам и передам всем чукчам. Если я не смогу, то за меня найдётся, кому слово сдержать. — Хирург посмотрел на меня. — Я вижу, ты тоже удивлён.
— Не то чтобы очень, но у меня жизнь такая, что в последнее время сильно расслабиться не даёт. — Свечение в груди Василия перестало усиливаться, и, кажется, пошло на спад, расползаясь по всему организму.
— Думаю, ты верно поступил, что потребовал сохранить тайну. Не знаю, как другие мои соплеменники, но мне сюда не раз придётся вернуться. Очень не хочется, чтобы за мной начали охоту.
— Это ты зря. Для всех будет безопасней, если ты несколько лет вообще не будешь появляться. Надо, чтоб о вас забыли, как о курьёзном и необъяснимом случае. — Не согласился со мной Кагье. — Тинил хотя бы пожалей.
Я кивнул, а сам вернулся мыслями к пропавшему импланту. Насколько я понял, он рассосался у меня в организме. По крови весь перетёк к Васе и активировал у него магический источник. Аберрация использовала меня как промежуточное звено, чтобы разбудить его магические возможности. «Ну что ж. Глупо обижаться на столь могучую стихию. Я своё за счёт артефактов возьму». — решил я. Плюшек от Аберрации у меня с самого начала было больше, чем у других. Глупо расстраиваться, что не досталась ещё одна.
— Доктор, посмотри состояние Василия. Если ему лучше, то мы, пожалуй, пойдём. — Попросил я.
Кагье, проверил пульс, оттянул нижнее веко у пациента.
— Байбал. Убирай капельницу. Больше в ней нет необходимости. — Заключил он. — Как ваше самочувствие? — Обратился уже ко мне.
— Нормально. — Ответил я и вырубился.
* * *— Ну что я говорил! — Воскликнул Кагье, видя, как Байбал, начавший выдёргивать иглы, придержал падающего со стула пришельца. — Неси его на кушетку.
