— Исподнее тебя никто снимать не заставляет. — Терпеливо объяснил я. — Но если придётся, то очень сомневаюсь, что под твоей одеждой мы с Васей увидим что-то новое для себя. Будет необходимость, я и исподнее сниму. Мы здесь не в игрушки играем, а со смертью наперегонки.
— Верно. — Поддержал меня Василий. — Но кушать всё-таки хочется. Ты уверен, что нам нельзя есть местную еду? Пахнет она отвратительно, но они ведь её едят.
— Запах и вкус — один из первых указателей, данных нам природой, для оценки съедобности пищи. — Нравоучительно произнёс я.
— Уверен, наши друзья не готовят для себя дурнопахнущую еду. Плохой запах — признак того, что нам их еда не подходит.
— А ведь ты прав. — После секундной заминки согласился Василий. — Значит, потерпим.
Катя только грустно вздохнула, но возражать не стала.
— Тинил, ты сама ходила на обед или с ними всё время была? — Поинтересовался я у женщины.
— С ними. Они же везде лезут, особенно Катя, а отвечать на вопросы окружающих им запрещено. Их могли арестовать или прибить без моего сопровождения.
Люди-то незнакомые, и форма не наша.
— Сходи пообедай. Тебе нет необходимости вместе с нами пост блюсти. Ребята пока здесь посидят. — Предложил я. — На обратном пути захвати пистолет, желательно многозарядный. Есть у вас такие?
— Если только трофейные. Наши все на восемь патронов рассчитаны. — Ответила Тинил. — Зачем он тебе?
— Хочу разобраться в конструкции и попробовать пострелять. — Признался я.
— Попробовать? — Уцепилась за слово разведчица.
— Ну да. Последний раз я стрелял лет тридцать назад, возможно, и больше.
Давно это было.
— Ты не похож на старика. — С сомнением произнесла Тинил. Вася тоже выглядел удивлённым. О своём возрасте мы раньше не говорили.
— Я хорошо сохранился. К тому же я инопланетянин. Не забывай. — Усмехнулся я.
— Вот почему ты такой спокойный и уверенный. Чувствуется опыт прожитых лет. — В ответ улыбнулась женщина. — Жаль, что детей от тебя завести не получится.
Катя покраснела и демонстративно отвернулась в сторону окна.
— Вася, напомни мне, чтобы я тебя в свой дом вообще не впускал.
— Посмеиваясь, сказал Василий. — Если на тебя так реагирует местная Снежная Королева, то боюсь представить реакцию моих сестёр.
— Это он моё местное прозвище услышал. — Пояснила Тинил и грустно добавила. — Муж у меня погиб в самом начале войны. Вот и не хочется никого близко подпускать.
Я молча кивнул, показывая, что услышал её. После небольшой паузы обратился ко всем троим:
— Давайте не будем рисковать.
