Спор на недотрогу, или Я выбираю тебя

Парни уходят, а я так и остаюсь сидеть за диваном, хлопая пустыми глазами. Мир теряет все краски, будто меня выбросили из прекрасного места на свалку.

Неужели такие споры существуют?

Мне не хотелось верить. Совсем не хотелось.

И словно в издевательство, всплывает воспоминание из моего кафе, когда Гордей, не беспокоясь, услышу я или нет, заорал своим братьям и друзьям:

"Майя триста лет мне не нужна".

Я же сама удивлялась, почему передумал. Зачем потом преследовал и приставал?

— Майя, а может они не о тебе говорили? — Лиза произносит с надеждой.

— Если не обо мне, то у Гордея есть другая Майя?

В чем-чем, а в этом я не сомневаюсь. Дура есть одна, она же я.

— Но брат не мог так с тобой поступить, — Арина садится на корточки возле меня и обнимает. — Я так радовалась, что один из близнецов изменился и благодаря тебе.

— А если и было что-то, то только вначале, — пытается смягчить мою боль Амелия.

— Вначале чего? Первого условия? Второго, третьего… или четвертого?

Всё сходится, полностью всё. Но осознать не выходит.

Вытирая слезы рукавом, я с трудом отвечаю на вопросы девочек. Вспоминаю первую встречу, вторую, ловушки Гордея для наших свиданий.

Какой бы ни была моя жизнь до него, Сомов растоптал ее. Он ворвался ураганом и разрушил то, что считала тогда важным. Если условия в споре — правда, значит, из-за него я терпела потери? Но я же винила всё время себя!

Я справилась с потерей подруги, с потерей жилья, с обманом, что здесь очутилась.

— Гордей помог мне. Значит, я ему нужна? Иначе зачем бы спасал и устраивал в крысятнике переполох?

— Если это не связано с условиями, то точно ради тебя. Гордей тебя любит, Майя. — Скорей заверяет Амелия.

— И я видела не раз, как брат спешил к тебе, только лишь переступив порог. Каким бы он ни был засранцем, но ты ему дорога, — Арина тоже хочет верить в лучшее, и я надеюсь, что не только ради брата.

— Он предложил в награду за помощь: пригласить его на свидание… — называю, с ужасом вспоминая, что такое условие в споре тоже имеется.

Потом передумал, но все же пошел. И там попросил запомнить главное.

— Мне нужно еще разобраться, сейчас пойду к нему, — я встаю, словно в тумане запуталась.

Амелия поддерживает меня и тянет на свой этаж с Платоном.