Спор на недотрогу, или Я выбираю тебя

Выдумываю на ходу, представляя стайку сплетниц-однокурсниц.

— Я бы тоже кое от чего не отказался, — прерывает меня на важном месте.

— Тоже хочешь сережки с единорогом? — хлопаю наивными глазками.

— Нет, мне больше это нравится…

Хватает меня за плечи и резко наклоняется. Так бы и сказал, что не хочет сережки! Но добавить не получается. Гордей набрасывается на мои губы, не успеваю и пикнуть.

Подыгрывать в таком не собираюсь.

Всеми силами отталкиваю гада. А он еще крепче прижимает к себе и опаляет дыханием. Захватывает мои губы в плен и сменяет давление нежностью.

Волна предательских бабочек топит меня. Посылает мурашки. Хочу сопротивляться, а мои губы против. Тянутся сами и раскрываются, углубляя наш поцелуй. Становится жарко, горячо, не хватает воздуха. И, кажется, что мой воздух в нем, в этом мгновении. Таком же запретном, как и желанном. Таком же диком, как и сумасшедшем.

— Да, да, я хотел именно этого, — Гордей отстраняется и хрипло шепчет, продолжая меня держать. — Как же вовремя ты стала покорной девочкой.

Поехали сейчас в гостиницу, и я сам тебе покажу полет до Марса.

— Куда??? — мигом в себя прихожу.

— В гостиницу, тут недалеко. Ммм… нам понравится, обещаю, — и снова к моим губам тянется, будто там джемом клубничным намазано.

Это что ж получается?

Я перед ним пляшу, девочку-конфетку корчу, заваливаю комплиментами. Терплю его экстрим, прощаюсь с жизнью.

А вместо меня послать, зовет в гостиницу на Марс?!

Майя, твой план отпугнуть опять не сработал. Только хуже стало.

Капец! Мне приходится это признать.

Стерпеть? Ну нет уж, не хватало.

— Подожди, Гордей, я к полету подготовлюсь.

Убираю руки парня и лезу в рюкзак. Главный аксессуар для свидания с Сомовым со мной. Здесь он, родимый. Ждал своего часа и дождался.

— Майя? — отшатывается нахал озабоченный.

— Сейчас тебе покажу Марс, козлина! Потом и в преисподнюю отправлю, как на карусели! — Поднимаю половник и замахиваюсь, за все получит гад. — Будешь знать, как лезть ко мне! Отвали навсегда!

Гордей успевает не попасть под половник, хотя разок я зацепила ему нос.

Совсем сдурел. Смеется и по виду всем доволен.

— Моя злючка вернулась! Я уж скучать по бешеной дикарке начинал.

Ну всё. Рога ему точно собью.

Бегу за ним, он от меня. И так по всему парку.

— Майя, нельзя так с парнями, — кричит мне через плечо.

— С парнями и не буду, а бабнику козлиному дам по рогам.

По пути попадается продавец сахарной ваты. Мне от нее с детства тошнит. Ради Сомова давилась и ела.