Спорим, будешь моей

Я, безусловно, готов мир на куски порвать. Но, блядь, личная твердая позиция Богдановой заставляет сомневаться. А нужно ли ей тоже, что и мне? А стоит ли?

Злой бес жрет не только душу, но и мозг. Накапывая кислотой неопровержимое – она согласилась. Приняла решение родителей. Дала клятву выйти замуж. И все это через какую-то пару часов после того, как была со мной.

Может, ничего с ее стороны и нет? Может, я действительно просто тот самый дьявольский змей-искуситель? Может, она откликалась только потому, что давил на инстинкты?

Стоило бы понимать, куда лезу… Не пришлось бы сейчас умирать.

От всех тех визуализаций, которые так щедро подкидывает мозг. И все же… Застываю, концентрируюсь, анализирую: «Если бы сейчас вернулся в прошлое, смог бы не преследовать ее?»

Не смог бы, конечно.

Да и кто сказал, что это конец? Какая, нахуй, свадьба? Кто, блядь, создает семью в таком возрасте?

Выдыхаю чуть легче. И тут же, вспоминая все припарки Богдановых, захлебываюсь обратно.

Понимаю, что все реально. И Соня, и сама Лиза на серьезных щах об этом действии докладывают! Для них это нормально.

Плющит смертельно только от одного допущения, что я больше не смогу к ней прикоснуться. Когда же представляю, что это будет делать кто-то другой – зависаю высоко над землей, не дыша, с одним крылом, которое то самое – из располовиненной пары и отказывается работать… Лечу вниз.

Никогда не думал, что чувство ревности может быть таким одуряющим, болезненным и разрывным.

Никогда не думал, что способен его в полной мере испытывать – я же не псих и не зверь. Никогда не думал, что для запуска этой адской махины будет достаточно скупой непроверенной информации и собственного воображения.

Не псих и не зверь? Поржать бы, когда ярость размолачивает внутренности, стоит увидеть Лизу утром. Нет, причиной тому не она сама. А чувак, который полноправно шагает рядом. Меня аж перекашивает. Все приборы глючат. Заливает их немыслимым прибоем крови.

Она везде – ядовитая и кипучая. И долбит, долбит – люто. Подкожными фонтанами. Удивительно, что не прорывается наружу.

Мгновение спустя все парализует током. Тогда уже от него ведет и шатает. Пульсация нарастает.

Павел Задорожный собственной, мать его, персоной. Довелось-таки встретиться и оценить лично. Какое все-таки непонятное рыжеволосое чмо. Соррян, блядь, мне сейчас абсолютно плевать на все, чему меня годами учила мама.