Спорим, будешь моей

– Так-то систерз… – бросает как-то неопределенно. Я замираю, когда между парнями происходит выразительно агрессивный обмен взглядами. – Ладно, – сдается в какой-то момент Шатохин. – Сейчас намучу.

Едва он отворачивается, тянусь к Чарушину.

– Я ему не нравлюсь? – шепчу огорчено.

– Ерунда, – отмахивается Артем. Заламывает мне руки за спину, весьма страстно наступает. Чувствую его каждой клеточкой своего дрожащего тела. – Как ты можешь кому-то не нравиться? Ты чудесная.

Счастлива, что он так считаешь, однако, некого напряжения это не уменьшает.

И все же заставляю себя рассмеяться, когда Чарушин начинает двигаться под музыку, раскачивая при этом и меня. Наткнувшись взглядом на рассекающего в центре зала, словно рок-звезда, Фильфиневича, хохочу уже вполне искренне.

– Да, Филя у нас не только топ-модель, но и танцор диско, – смеется вместе со мной Чарушин.

– А у него есть девушка?

– Зачем ему девушка, если он сам от себя прется. Уверен, что он и дрочит-то не на порно, а тупо перед зеркалом.

– Боже, Артем! – выпаливаю и задыхаюсь.

Чарушин в свою очередь игриво вскидывает брови и продолжает смеяться.

– Прости. Суровая правда.

– Коктейль готов, – бросает сухо Шатохин и, не глядя на нас, уходит куда-то в толпу.

– Спасибо, – шепчу ему в спину, хоть и понимаю, что не слышит. Для себя. – И все же он меня не любит…

– Глупости, – выдыхает Артем. С неизменной улыбкой подталкивает к стойке, на которой стоит запотевший высокий стакан с зеленой жидкостью. – Давай, освежишься, и пойдем танцевать.

Я, конечно, иллюзий не питаю.

Понимаю, что Тоха ради меня не стал сильно утруждаться. Но… Едва сдерживаю гримасу отвращения, таким противным оказывается наколоченное им пойло.

– Как? Нормально? – как всегда, заботливо интересуется Артем.

Я не хочу, чтобы он из-за меня ссорился с другом. Встречаясь неожиданно с Шатохиным взглядами, мягко улыбаюсь.

– Свежо. Вкусно. Ароматно.

Смотрю на Чарушина. Он заметно расслабляется.

– Ну, вот и хорошо, – заключает, подмигивая.

– А где твой друг Бойка? И его Варя? – спрашиваю, пока делаю второй и сразу же третий глотки.

– У них свое сафари.

– Тяжелый период, – вздыхает Артем как-то грустно. – Проблемы в семье. Отец против их отношений.

– Из-за того, что они сводные?

– Нет, из-за того, что он сволочь, – высекает необычайно сердито.

– Кто? – теряюсь я. – Кирилл?

Я не нахожусь с тем, как должна на это реагировать. Обсуждать чьих-то родителей для меня по факту недопустимо. Поэтому решаю не зацикливаться на этом сообщении.