– Лопату мне у завхоза попросить? – встаю с дивана и направляюсь к двери. О том, что их работник прибухивает, и после обеда его не найти, я услышал от возмущенных сотрудниц.
– Сейчас тебе вынесут лопату, – летит мне в спину. Оглядываюсь по сторонам. В коридоре никого нет, но я слышу, как Влада играет на пианино. Она здесь, значит.
Дорожки я расчищаю дотемна. Работа не тяжелая, но нудная. А еще вспотел и хотел бы отправиться в душ, но сначала Влада.
Оставив лопату в котельной, я иду в главное здание.
Мне все равно, что Марина запретила мне заходить.
– Где можно помыть руки? – спрашиваю первую попавшуюся на пути женщину. Она напряжена, но провожает меня до уборной. Ждет за дверью. – Мне бы еще попить, – смотрит подозрительно, но потом произносит:
– Подожди, я сейчас, – спешит за стаканом, а я прохожу вперед, останавливаюсь у двери музыкальной комнаты. Дети дружно притихают и смотрят на меня. Влада, проследив за их взглядами, останавливает свой взгляд на мне.
Да, девочка, это я...
Глава 8
Влада
Руслан ушел час назад, а я искала повод задержаться. Не думала, что он будет ждать меня у ворот, но все равно выглядывала в окно, разглядывала стоящие за забором машины.
– Не ходи пешком, Влада. Это не центр города, где полно людей, – отпивая из чашки кофе, наставляла Марина. Тетя не знала, что случилось неделю назад, я так ничего и не рассказала.
Ее настроение немного улучшилось, когда она увидела выполненную Ардановым работу.
Марина не видела, что он заглядывал в помещение, а то был бы еще один скандал. Мне кажется, отец Руслана настолько вывел ее из себя, что она до сих пор, вспоминая, начинала злиться. Обычно тетя не поджимает зло губы, когда задумывается.
– Снег опять пошел, – бросая взгляд в окно.
«Зря Арданов чистил дорожки», – вспыхнуло в голове.
– Ну, теперь у нас есть дворник, завтра вычистит, – хмыкнула тетя.
– Марина, ты точно не поедешь домой? – поднимаясь с дивана.
Мои вещи остались сегодня в раздевалке.
– Прости, Влада, но еще одного скандала сегодня я просто не переживу, – тяжело вздыхая, брякнула чашкой по блюдцу. – Боюсь, не сдержусь и спущу эту гадину с лестницы, а братца своего приложу чем-нибудь тяжелым. Такую женщину променял на шалаву! – тихо-тихо, чтобы никто из детей не услышал. – Может, она ему что-то сделала? Приворот какой? – мы столько раз это обсуждали. В магию я не верила.
