Спорим, тебе понравится

С ними мне понравится все.

Я стояла на балконе и смотрела на океан. После Рио я думала, что уже не смогу удивляться, но здесь, в Лиме, столице Перу, все было иным и иначе.

Не зря Дани так хотел здесь побывать.

Прошло три года с тех пор, как я лишилась разума, отдала свое сердце, душу и тело Алексу и Дани. Кажется, с тех пор минула целая вечность, а та Аня, что боялась и цеплялась за стабильность изо всех сил, навсегда исчезла. Теперь я была Анной Кац, официально менеджером по международному сотрудничеству в команде Дани Рея.

Они дважды пытались затащить меня в Вегас, но я оба раза отказывала им обоим. Я не видела смысла в браке с кем-то одним, ведь мне были дороги оба. Дани любил припугнуть проблемами с визой, но мне регулярно продлевали ее без проблем, а через год я и вовсе получила вид на жительство. Скорее всего, не без помощи Алекса, но все же.

Раз в год Дани ездил в тур по миру, но и без этого у меня было полно работы с его пограничными концертами в Канаде и Мексике.

Монаган застрял в Лос-Анджелесе с административными делами лейбла. Я безумно скучала по нему, хотя мы не виделись всего неделю, а до этого хорошенько отпраздновали годовщину знакомства в Амстердаме, как обычно, в «Грешниках». Понятия не имею, как Дани и Алекс уговаривали каждый год нового владельца, но все три даты мы отмечали горячим сексом в бывшем кабинете Алекса.

Я повела плечами, вспоминая, что именно там год назад Монаган увидел мою тату и был изрядно зол, но… Потом ему понравилось. Дани уговорил меня сделать татушку. Прямо во время тура, пока Алекс оставался в Америке.

Мне набили ее буквально за час. Три сердечка танцуют, взявшись за руки. Это было не так уж и больно, хотя мастер предупреждал, что место на шее сзади достаточно чувствительное из-за близости косточек позвонков.

Я повела печами, вспоминая, как Алекс теперь любил целовать меня там и обводить контур рисунка языком. Интересно, будет он ругаться из-за очередного сюрприза, на который уболтал меня искуситель-Дани?

Едва я об этом подумала, как моей шеи сзади коснулись теплые губы. Тут же я ощутила запах пряной туалетной воды, и на перила по бокам от меня легли мужские руки.

— Энни, свитхарт, — прошептал он мне на ухо.