Спорим, тебе понравится

Но даже в беспамятстве я не могла не предвкушать момента, когда вместо вибратора во мне будет Дани. Или когда Дани будет сзади. Я знала, что смогу не просто принять их обоих, но и буду наслаждаться в полное мере умноженным удовольствием.

— Энни, нет, я не поеду на Томатину. Это безумие, — в сотый раз отказывался я участвовать в их с Даниэлем затее.

Мы стояли в очереди на посадку аэропорта Берна, летели в Севилью через Нант, а потом солнечная Малага. Я уговорил Аню отдохнуть нормально, культурно. Отель с частным пляжем, бунгало-люкс, табличка не беспокоить на двери — это ведь намного комфортнее, чем ловить лицом помидоры.

— Ладно, — очень легко в этот раз приняла она мой отказ. — Тогда мы с Дани будем там вдвоем.

— Нет, — отрезал я тут же. — Видел я, как вы были вдвоем на склоне. Ты же понимаешь, что он опять куда-нибудь смотается, оставив тебя одну.

— Ну и что? Я большая девочка.

— Я в этом не сомневаюсь, малыш, но все равно волнуюсь.

— Тогда поехали с нами. Тебе ведь даже необязательно участвовать.

Будешь ждать в доме. Дани снял дом.

— Да, я знаю, но не смогу держаться в стороне, пока ты будешь в зоне обстрела.

— Ох, Энни, давай для начала долетим до Испании, — выпалил я, теряя терпение.

У меня не было сил с ней спорить, отказывать ей. Я понимал, что действительно не смогу отпустить Энни с Даниэлем вдвоем, но и купаться в томатном соке совершенно не имел желания. Похоже, придется. Осталось только смириться с этим.

Энни сжала губы и опустила голову, явно обидевшись на мой повышенный тон.

Как на зло, подошла наша очередь, и я смог заговорить о личном только в зале ожидания.

— Детка, не злись, ладно? Обсудим это чуть позже. Возможно, я смогу отговорить тебя.

Она впервые за это время посмотрела на меня, в глазах сверкнуло лукавство.

— Возможно да, но скорее всего — нет, — улыбнулась она. — Но ты постарайся. Вдруг.

Я притянул ее к себе и поцеловал глубоко и страстно, наплевав на собственные принципы и народ вокруг.

Мы прошли на посадку и держались за руки, пока самолёт взлетал.

Гул турбин напомнил мне иную вибрацию, которая совсем недавно сводила с ума. Та ночь была невероятной, совершенной, волшебной и безумной. Мы с Аней словно познали нечто запретное и такое важное. Нам было так хорошо вдвоем, но при этом я и она знали, что с Даниэлем будет еще лучше. Он должен был прилететь завтра сразу в Малагу. У нас оставался еще один день на двоих.

Я одновременно желал его продлить и торопил. Аня все чаще говорила о Дани.