"Спорим, тебе понравится?
Глава 1 – Протест
Ярослав
Октябрь...
— Итак, молодой человек, мы вас внимательно слушаем.
— Здравствуйте! Меня зовут Ярик, и я мудак.
— Басов! — строго рявкает дед, но я продолжаю невинно хлопать глазами, словно первоклашка, заблудившийся в бесконечных школьных коридорах.
Спасите! Помогите!
— Ничего не могу с собой поделать, — развожу руками, — дефект приобрёл на стадии сборки, все вопросы к производителю.
Прищуриваюсь и испытываю почти первобытный кайф, когда вижу, как деда перекашивает от отвращения.
Он не любит, когда я поднимаю столь щекотливые темы. Он — нет, а я очень даже да.
— Что это исчадие ада опять натворило? — не получив от меня более, ни слова, родственник отирает со лба выступившую испарину и с высокомерием, достойным самого короля, смотрит сначала на директора этой богадельни, а потом и на ту, из-за которой мне в принципе приходится терпеть весь этот тупой сюр.
Храмова Алевтина Петровна.
Смотрю на неё в упор, дожидаюсь, пока глаза её неодобрительно сузятся, а затем подмигиваю ей, улыбаясь, словно безумный Ганнибал Лектер в лучшие годы своей жизни.
— Начнём с того, что ваш внук катастрофически заваливает литературу и идёт в открытую конфронтацию с учителем. Если так будет продолжаться, то на итоговые экзамены он просто не будет допущен по причине своей тотальной неуспеваемости по конкретно этому предмету.
— Неправда, — тяну я, поглядывая на наручные часы и жалея, что из-за всей этой тягомотины пропускаю тренировку, — я получил бы за последнее сочинение высший балл, если бы Алевтина меня сознательно не завалила.
— Во-первых, Алевтина Петровна, — подаёт голос старая вешалка, — а, во-вторых, это сочинение было написано, не вами, молодой человек, а Аней Потаповой — вашей одноклассницей.
— Пруфы? — приподнимаю я одну бровь.
— Она лично мне созналась.
— Вы себя в зеркало видели? Да вам любой сознается даже в том, что он Наполеон Бонапарт, лишь бы вы от него отстали! — мстительно кинул я в самодовольное лицо училки.
Как же она меня достала!
— Басов! — в унисон попытались осадить меня присутствующие, но мне на их телодвижения было чхать вообще.
— Немедленно извинись, — затребовал дед.
— Нет, — выдал я максимально жёстко и отвернулся.
— Что значит нет? — ошалело выпучил глаза родственник.
— Это значит, что я отказываюсь делать то, что нужно вам и буду делать только то, что нужно мне. У меня не было проблем, пока не появилась эта... учительница, — последнее слово я буквально выплёвываю из себя.
