Спорим, ты влюбишься?

– Чтобы не вздумал ночью притянуться и составить тебе компанию!

Я уже не понимала, шутит он или говорит серьезно.

– Да шучу-шучу! – заметив мое недоумение, поспешил прояснить ситуацию босс.

– Но он теперь знает, что вы в отеле! – заметила я очевидное.

– А я и есть в отеле. Но этажом ниже. В небольшом скромном номере четыреста десять. И сейчас я расскажу тебе, что с этим делать.

Ну и работка! Я с трудом сдержала вздох и приготовилась слушать. Но для начала хотелось бы выяснить очень важный момент.

– Владислав Юрьевич! А какова будет моя премия?

– Для тебя – Влад.

Небольшой скромный номер четыреста десять, как выяснилось, играл в предстоящем веселье важную роль. В этом номере по легенде остановился Владислав Юрьевич. А по факту – какая-то его знакомая девушка. Именно в этот номер заказываются дополнительные выпивка и закуска, а девушка благодарит официантов и привозит тележку с заказом мне.

Вот так просто. И никто ни о чем не догадается. Разве что официанты удивятся: как такое хрупкое создание умудряется в одно лицо уничтожить столько еды и алкоголя, оставляя лишь пустые бутылки да испачканные тарелки.

Хрупкая девушка (Рита, кажется, но я не уверена) в очередной раз выплыла из лифта с тележкой. Я с улыбкой приняла привезенное. А когда она скрылась в лифте, поморщилась.

Опять идти в логово зверя.

Дверь отворилась, и меня с порога чуть не унесло потоком атмосферы, в которой гуляла золотая, платиновая и просто позолоченная молодежь.

Элитные запахи алкоголя, духов и еще чего-то приторно-сладкого разбавили воздух номера в такой хорошей пропорции, что у меня закружилась голова и чуть не потерялась вежливая улыбка.

– Наша жизнь зависит от бабла бла-бла-бла-бла… – хрипел речитативом под ритмичную музыку красавец и звезда экрана, любимец престарелых кинодив. Он был смазлив, отлично вымуштрован в тренажерном зале, а вот петь ему точно не следовало.

От чего зависит их жизнь? От цен на нефть? Я усилием воли вернула на место самообладание и профессиональную улыбку.

Впрочем, мою минутную слабость никто не заметил. И меня, кажется тоже. Длинноногая девица в ультракоротком платье, плавно покачиваясь на волнах танца, чуть не налетела на тележку.

«Просто ей очень неудобно смотреть из-под таких больших ресниц», – приободрила я себя. У нее на лице вообще все было большое: глаза, губы, брови.