Спорим, ты влюбишься?

Я чуть не запустила колючим яблоком вслед гонцу, принесшему хорошие вести. И ринулась переодеваться. В самолете нас, конечно, не держали голодными. Но с того поднебесного обеда прошло уже несколько часов, и лично мне не терпелось поближе познакомиться с местной кухней.

Через несколько минут мы с Владом отправились на поиски ресторана. В отеле царила тишина. Лишь слегка шелестели листья деревьев за окнами. Тем резче оказался шум, внезапно взорвавший это сонное пространство. В номере, мимо которого мы как раз проходили, явно велись военные действия.

Что-то, судя по звуку, довольно тяжелое, грохнулось совсем рядом с дверью.

Ой! – жалобно вскрикнул мужчина за дверью.

И сразу же послышался второй удар. Убивают там кого-то? Как тут вызвать охрану? Но не успела я поделиться с Владом своими мыслями относительно криминальной обстановки тропического острова, как раздался женский крик:

– А я тебе говорю, что этот поступок достоин идиота!

Я немного успокоилась, узнав голос: это была Элеонора. Судя по интонации, звезда была вне себя.

– Ты что, не мог посоветоваться со мной? – не унималась она. – Только дурак мог согласиться на съемки во второразрядной мыльной опере, когда ему предлагают роль у самого Якина!

Эту фамилию Элеонора, даже кипя от гнева, произнесла с благоговением. Я вопросительно посмотрела на Влада: не стоит ли предпринять решительных действий, чтобы спасти бедного Ванечку от праведного возмездия примадонны, как тот сам подал голос:

– Роль у твоего Якина – это издевательство, – вопил он, ничуть не тише, чем его возлюбленная.

 – Десять слов, полторы минуты! И это против главной роли в масштабном проекте! И я сам, сам получил ее! И вообще я не намерен до конца жизни держаться за твою юбку!

Тут в номере снова что-то глухо грохнуло. Реакция у Элеоноры была великолепной:

– Я знаю, на какие юбки ты нацелился! – снова кричала она. – Давай, играй этого туповатого плейбоя, и куча юбок вокруг тебя обеспечена! Ты ведь этого добиваешься, да?

Страсти у актерской четы кипели нешуточные.

Но вмешиваться в их бурную личную жизнь было бы лишним, и мы с Владом поспешили побыстрее миновать театр военных действий.

– Отказать самому Якину! – еще долго доносились нам вслед голоса. – Не посоветоваться со мной! Натворить столько глупостей у меня за спиной!

Только спустившись на лифте в ресторан мы, наконец, вздохнули спокойно.

– Прошу вас, – на ломаном русском обратился к нам небольшого роста человечек в странного вида сюртучке едва мы переступили порог.