Спору нет!
2 прочтения
- Автор: Виктория Борисовна Волкова
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Современные любовные романы, Самиздат
– Интересная трактовка, – хмыкнул журналист и снова осведомился: – А кто все-таки ваша муза?
– Мать моего сына, – совершенно серьезно заметил Ломакин.
– Какой ужас! – нарочито громко взвыл Цесаркин, падая на подушки. – С ума сойти, я женился на музе Гоши Казимирского!
Нина попыталась ущипнуть мужа за живот, но он не позволил, навалившись на нее сверху.
– Я люблю тебя, – пробормотал Цесаркин. – Пусть Ломакин кусает локти, что потерял свою музу. А я просто счастлив, что успел заполучить тебя в жены.
– Я тоже тебя люблю, – прошептала Нина.
Где-то вдалеке зазвонил скайп, прерывая ее признания. Денис чертыхнулся и, подскочив, принялся искать планшет.
– Вы уже спите? – наивно осведомилась теща, увидев Нину в постели.
– Рано встали, – смущаясь, пробормотала она, мысленно отмечая, что халат вроде плотно запахнут.
– С днем рождения, Нунечка, – закричали по ту сторону экрана мама, папа, Ромка, Грегуар Гарш и Матильда.
Нина, тяжело сглотнув ком в горле, чуть не расплакалась от избытка чувств. От благодарности и любви к родителям, от вселенской любви к сыну и от дикой привязанности к старым друзьям семьи.
– Спасибо, спасибо, – бормотала она, улыбаясь сквозь слезы своим близким и искренне жалея, что не может их обнять.
– А где Катерина? – строго поинтересовался Цесаркин, оглядывая разношерстную компанию, собравшуюся в Тарнаусе.
– Твоя дочь, – хмыкнул тесть, – опять оккупировала мою мастерскую, играет там в куклы.
– Одна? – напрягся Цесаркин.
– Нет, – замахал руками Ромка. – С ней Фиби и Герда. Я недавно заглядывал.
– У меня есть тост! – провозгласила Варвара, когда сеанс связи с Венецией закончился.
– Сейчас еще принесу коньяк, – заверил Александр Петрович и вышел из комнаты.
– Сам ходит, – прошептала Варвара.
– Операции помогли, – пробормотала Марина, Нинина мать.
– А еще квартиру от Крутоярова не хотел принимать. Видишь, все на пользу пошло!
– Человек чести, – тихо заметила Марина. – Не желал с Шельмой связываться.
Александр Петрович зашел в мастерскую и с улыбкой замер на месте. На широком диване, застеленном стеганым покрывалом, в окружении игрушек спала Катя, его четырехлетняя внучка.
