Спускаясь к тебе

Но еще сильнее ощущаю спиной его взгляд. Хочется, чтобы это были руки Кэша. И его губы.

Закрыв глаза, нагибаюсь за вторым ключом, который лежит под цветочным горшком на маленьком крытом крыльце. И только когда поднимаюсь, чтобы вставить ключ в замок и отпереть дверь, слышу, как Кэш отъезжает от бордюра. Полагаю, он хотел удостовериться, что я войду в дом без проблем.

О боже, боже! Не окружай меня вниманием! Я этого не вынесу.

Войдя в дом, прислоняюсь спиной к двери и стою с закрытыми глазами, пока шум двигателя не смолкает вдали.

В бедрах и ягодицах покалывает от тряски на байке. В остальных частях тела покалывает от близости с Кэшем. Покалывает или побаливает. Или то и другое.

Неудовлетворенная сексуально и расстроенная, что неспособна контролировать действие гормонов, щелкаю выключателем и отталкиваюсь от двери. Первое, что вижу, – ваза с цветами на кофейном столике в гостиной, яркие цветные пятна в полумраке комнаты. Подхожу к воронкам лилий и окунаю в одну из них нос. Запах восхитительный, но что-то тыкается мне в уголок рта.

Вытаскиваю маленький квадратный конверт. Неловко читать бумаги Мариссы, но что делать: пусть не оставляет их валяться у всех на виду. Или высовываться из букетов.

Вытаскивая листок из конверта, корю себя: зачем усиливать страдания. Я уверена, что цветы от Нэша, а записка – в ней какие-нибудь нежные слова о любви, от которых мне захочется прыгнуть с крыши высокого-высокого здания, но меня это не останавливает.

По спине пробегает холодок. Он, наверное, взял ключи Мариссы, чтобы войти в дом и оставить это для меня. Невольно задумываюсь: интересно, он оставил цветы и сразу ушел или побыл несколько минут? Походил взад-вперед? Или зашел в мою спальню?

Сомневаюсь, что Нэш способен на такое или что он втихаря следил за мной. Только это не помогает. Мысль, что Нэш мог заглянуть в мою комнату, почему-то приводит меня в восторг. А я и без того взбудоражена его опасным братцем.

Чувствуя все сильнее, что пора завести вибратор, готовлюсь ко сну. Яростные чистка зубов и оттирание лица не помогают унять это ощущение. В голове, гоняясь друг за другом, проносятся близнецы-братья, дразнят меня своими словами, глазами, прикосновениями. К моменту, когда я забираюсь под одеяло, сомнений в том, о чем будут мои сны, не остается. Или, скорее, о ком.

Просыпаюсь от щелчка закрывающейся входной двери.