Спускаясь к тебе

Когда бармен ставит передо мной выпивку, я бросаю ему десятку и опустошаю стакан одним глотком. Кивком прошу повторить и возвращаю пустой стакан – донышко скользит по стойке.

Я стою и жду следующую порцию, подчеркнуто игнорируя Оливию. Наконец она заговаривает со мной. Я почти улыбаюсь. Этого я и добивался – чтобы она сделал первый шаг. И она его сделала.

– Откуда ты здесь взялся? – спрашивает она и слезает со стула, чтобы встать рядом со мной. Интересно, ей что, стоя легче контролировать себя, отвечать за свои действия?

Или, может быть, она так чувствует себя в безопасности, вроде как может быстро уйти, если что, убежать?

– Я подумал, что тебе может понадобиться помощь.

Вижу, как взгляд Оливии метнулся в сторону на какую-то долю секунды, а потом вернулся ко мне.

– Как ты меня нашел?

– Нет, я имею в виду, откуда ты узнал, что я здесь?

– Ты заходил ко мне домой?

Это ее явно обеспокоило.

– Да. А что? Какие-то проблемы? Посетителей не допускают в твое тайное убежище?

Зачарованно наблюдаю, как от гнева у Оливии деревенеют мышцы.

– А тебе не приходило в голову, что, может быть, стоит подождать приглашения?

– Если бы меня пригласили, то я бы уже не мог считаться добровольным помощником. А теперь?

Негодующая Оливия, однако, вновь бросает взгляд в сторону столика справа. Я прослеживаю направление и вижу парня, сидящего там с похожей на мышку девчонкой.

Я делаю к ней шаг, наклоняюсь и шепчу в ухо:

Она резко поворачивается ко мне. Виновато. Зло.

– Какой парень? О чем ты говоришь?

– Ой да ладно. Признавайся. Это последний из плохих парней? – Я смотрю на лоха, который ненамеренно усложнил мне жизнь. – Похоже, он уже оправился после дереводробилки. Хочешь, я ему навешаю?

Снова смотрю на Оливию. По лицу ее проносятся разные эмоции, начиная со смущения и заканчивая веселостью, она готова улыбнуться.

– Нет, я не хочу, чтобы ты ему навешал.

– Уверена? Я ведь специалист по декретинизации.

Теперь она улыбается:

– По декретинизации?

– Ценю твое предложение, но он того не стоит.

Я протягиваю руку и заправляю Оливии за ухо прядь иссиня-черных волос:

– Если он тебя обидел, то стоит.

Не думаю, что Оливия знает, какое выразительное у нее лицо.