Среда обитания

Я даже один раз летела с самой Викторией Бекхэм, можете себе представить? Из Лос-Анджелеса в Лондон. С самой Викторией. Она сидела в соседнем кресле, сняв с себя весь макияж. Я ее сразу узнала. Но так и не решилась взять у нее автограф. Потом себя долго за это ругала. Но в первом классе так не принято.

– Правильно сделали, что не взяли, – меланхолично заметил Дронго, – эта женщина однажды призналась, что за всю свою жизнь не прочла ни одной книги. И вы, человек с почти двумя высшими образованиями, делающий такую стремительную карьеру, выучивший французский язык, хотели взять автограф у подобной дамочки?

– Мир считает ее совершенством в стиле и в моде.

Значит, нужно приспосабливаться, – возразила Регина.

– И в полном соответствии с этими принципами вы устраиваете свою жизнь?

– Пытаюсь, – улыбнулась она. – Не все получается, но я стараюсь.

– Погосов давно работает в компании?

– Пришел до меня. Кажется, несколько лет.

– Вы можете дать характеристику всем троим, кто был в курсе происходивших событий? Вы понимаете, о ком именно я говорю?

– Конечно, понимаю.

Суровцев человек прямой, решительный, я бы даже сказала, злой. Он, по-моему, все никак не может смириться с тем, что его выперли из органов полковником. Наверняка хотел стать генералом. И бывает заметно, что ему не совсем нравится его нынешнее место работы. Нет, он, конечно, доволен. И своим положением, и своей зарплатой. Видели бы вы его новый «Мерседес», специально пригоняли из Германии.

– Я видел, – кивнул Дронго.

– Тогда тем более. Он стал обеспеченным и независимым, но все равно неудовлетворен. Ненавидит всех, кто сумел сделать карьеру в органах. Он, по-моему, все время настраивал Льва Давидовича против Неверова. Ведь тот успел получить звание генерала, а у Матвея Константиновича его не было.

– Интересно. Остальные двое?

– Погосов человек замкнутый. Он ведь психиатр, а они всегда немного чокнутые. Много не говорит, держится особняком. Такой симпатичный мужчина, но очень в себе. Я его даже побаиваюсь, такое ощущение, что он знает больше, чем говорит.

– Арсаев?

– Умница. Прекрасный товарищ. Всем помогает. Все его любят. Он незаменим в трудных ситуациях. Лев Давидович ему очень доверяет. И его супруга тоже. Валера моложе всех, ему около тридцати. Погосову уже под сорок, а Суровцев ровесник Льва Давидовича или даже немного старше его. Хотя иногда Валеру заносит в женском вопросе, такой латиноамериканский мачо, но это бывает со многими молодыми.