(Christophe Mae)
Картина шестая… (Chanson De Toile)
Chanson De Toile
Зачем нужна любовь, если она причиняет столько боли?
Словно фарфоровая статуэтка, упавшая на пол, я была разбита на множество осколков и, казалось, что даже самый сильный клей не сможет собрать меня в одно целое. Сердце ныло, мысли путались и настроение упало до уровня плинтуса, грозясь проломить собой пол и полететь в преисподнюю. Я думала, что после отказа Арне мне станет легче, но добилась ровно противоположного. Лучше вообще ничего не чувствовать, чем целый день вариться в котле собственных страданий.
Даже после изнасилования мне не было так паршиво. Тогда мне хотелось двигаться вперед и выбираться из болота, а теперь меня настойчиво тянуло вниз. Туда, где меня ждали цепкие объятия депрессии.
Стараясь не унывать, утром следующего дня, я с огромным усилием сползла с кровати и решила убираться в квартире, но, спотыкнувшись о табурет, и упав на жесткий ковер, из искусственного меха, провалялась на полу не меньше получаса, чувствуя, что мне совершенно не хочется вставать и что-либо делать.
Апатия, здравствуй. Я была самой обычной тряпкой. Смятой и порванной, никому ненужной, тряпкой.
Я бы еще долго лежала на полу, чувствуя, как спина начинает болеть, из-за твердой поверхности и рука затекает, но меня отвлек телефонный звонок, прогремевший на всю квартиру раздражающей веселой мелодией. В голове, сама по себе, возникла надежда, что это Арне, но, к моему удивлению, звонила Вева. Девушка приглашала меня в гости. В их с Реми доме должно было проходить какое-то мероприятие и она хотела, чтобы я тоже присутствовала.
Я сказала, что подумаю, но, естественно, никуда идти не собиралась. Для полного счастья мне еще не хватало увидеть Реми. К счастью, он по-прежнему не слал мне цветов и сообщений. Возможно, этот ублюдок, наконец-то, решил отстать от меня.
Позже, когда я, уныло вздыхая, сидела в кухне на столе, ожидая пока закипит чайник, телефон опять зазвонил. На этот раз меня тревожил Этьен. Я уже и забыла, про портрет его племянника и, отвечая на звонок, лихорадочно размышляла над тем, как перенести его написание на несколько недель, так как я была совершенно не настроена на работу.
Легче было в щепки разломать все кисти, нежели нарисовать ими картину. К счастью, Этьен просто предложил встретиться для очередного дружеского чаепития. Недолго думая, я согласилась. Не было желания покидать квартиру, но и запираться в четырех стенах не хотелось. Мне нужно было проветриться.
