В тот день, в Руане осталась только Мадлен, поскольку ее родителям нужно было ненадолго вернуться в Париж. Сидя в светлой и просторной палате Клоди, Мадлен вслух читала свежую газету, особое внимание уделяя колонке со смешными историями. Ей казалось, что Клоди ее слышит и, таким образом Мадлен пыталась поднять ей настроение. Глупо, но самовнушение великая вещь и в данный момент больше успокаивалась сама Мадлен.
Девушку отвлек стук в дверь. Не дожидаясь ответа, в палату зашел месье Вилар и посмотрел на Мадлен осторожным взглядом, что ее тут же взволновало.
— Мне пришли ответы на последние анализы, — сказал мужчина, подходя к Мадлен. Девушка тут же отложила газету и встала с кресла, боясь, что мужчина принес совсем не радостные новости. — С Клоди все хорошо, — заверил месье Вилар девушку увидев в ее глазах панику. — Но, судя по анализам, ваша сестра беременная. После обеда мы отвезем ее на узи и точно узнаем.
Ошарашенно раскрыв глаза, Мадлен обернулась в сторону Клоди, скользя взглядом по ее все еще безжизненному лицу.
Эта новость привела Мадлен в недоумение и дала понять то, насколько плохо она знала свою сестру. В последнее время, в жизни Клоди происходило нечто ненормальное и Мадлен корила себя за то, что отдалилась от своей сестры из-за работы. Вся эта будничная суета и погоня за повышением не стоила потери связи с близким человеком.
***
— Ублюдок, — Гюго Габен злостно скривился, делая большой глоток бренди из увесистого хрустального бокала. Алкоголь подстрекал его ярость и она, словно действующий вулкан, была готова в любой момент извергнуться, испепеляя собой рассудок мужчины.
Все, что происходило с Арне, шло наперекор его планам, руша задуманное.
Светловолосый парень являлся лишь инструментом для увеличения власти Гюго Габена и, воспитывая его с особой строгостью, мужчина, в будущем, собирался пожинать плоды работы очередной своей пешки, коей он считал Арне. Вот только, этот парень был совершенно непредсказуем и иногда делал то, чего от него не ожидали. Не смотря на свой возраст и роль, которую ему отвел отец, Арне перешел все границы и, пользуясь умом, шагнул на сторону власти, от которой Гюго старался его оградить, оставляя столь ценный лот себе.
Постепенно, Арне перетягивал на себя влияние. Сам того не понимая, он начал нравиться высшему обществу своей непринужденностью и характером, из-за чего они предпочитали подписывать контракты с ним, а не с Гюго, ради этого, специально, обращаясь в филиал хеджевого фонда в Париже.
