Среди «призраков»

– А ну, тихо, – шикнула на них мать, положив ему руки на плечи. – Люк будет делать то, что ему по силам. Впрочем, как всегда.

Сквозь открытое окно донеслось шуршание шин по засыпанной гравием подъездной дорожке.

– Ну, кого там… – начал отец.

Продолжение Люк хорошо знал: «Кого там ещё несёт? Да что ж ему покоя не дадут… только присел!»

Конец вопроса Люк всегда слышал уже по другую сторону двери. И сегодня, напуганный вырубкой леса, он ринулся к чёрному ходу и шустрее обычного вскарабкался по лестнице к себе наверх.

Он не глядя знал, что мать уберёт со стола его тарелку и спрячет в буфет, а стул отодвинет в угол кухни, словно он там так, на всякий случай. В три секунды она заметёт все следы младшего сына и вовремя с утомлённой улыбкой шагнёт к двери встречать продавца удобрений, представителя власти или кого бог послал нарушить семейный ужин.

Люк был вне закона. Не то чтобы лично, а вместе с другими, ему подобными, кто родился после того, как в семье уже росло двое детей.

Вообще-то Люк не знал, есть ли ещё такие же, как он. Он не должен был появиться на свет. Может, он такой единственный? После рождения второго ребёнка женщинам проводили какую-то процедуру, чтобы детей у них больше не было. А случись ошибка, и беременность всё равно наступала – от ребёнка нужно было избавиться.

Так много лет назад объяснила ему мать, в тот первый и единственный раз, когда Люк спросил, почему он должен прятаться.

Тогда ему было шесть.

До этого он думал, что только малыши должны от всех прятаться. А когда он вырастет, как Мэтью и Марк, то будет везде гулять, как и они, ездить на поле и даже в город с отцом, высовывая голову и руки из окошка пикапа. Раньше думал: вот исполнится ему столько же, сколько Мэтью и Марку, и он сможет играть перед домом, а захочет – кинет мяч прямо на дорогу. А ещё, что дорастет до Мэтью и Марка и пойдёт в школу.

Правда, они вечно жаловались, ныли:

– Боже, нам же ещё уроки делать!

– И кто только придумал это правописание?

Зато рассказывали про игры на переменках, про друзей, которые в обед делились конфетами или одалживали перочинные ножики.

Но Люк не взрослел, как старшие братья.

В тот день, когда ему исполнилось шесть, мама испекла необыкновенный торт с малиновым джемом, капельками стекающим по бокам.