Средневековая история. Тетралогия

Ни к чему рассказывать ни о лекарях, ни о том, как графиня сама перевязывала раны, ни о ханганах, ни о том, что вирмане скорее друзья, чем наемники…

Ни к чему… это не касается его поручения. А вот хозяйственность и мудрость графини он расхвалил по полной программе.

Эдоард слушал, мрачнея с каждой минутой. Уточнял подробности, переспрашивал…

А когда Ганц наконец выговорился — кивнул.

— Скажи секретарю, что я приказал устроить тебя во дворце. Я пришлю за тобой.

Ганц раскланялся и исчез за дверью.

Его величество задумчиво повертел в руках кубок. Почти произведение искусства.

Несколько подарков из тех, которые часто будут рядом с ним. Кубок ему понравился. Игра позабавила. Кружево восхитило тонкостью и изяществом работы. Будь ты хоть трижды король… разве это плохо — такие украшения? Ничего лишнего. Все очень просто и красиво.

Лилиан как бы намекала, что знает многое.

Но как?! Как это могло увязаться?

Джес уверяет, что в Иртоне все в порядке?

Там обнаруживается вор-управляющий, работорговцы и янтарный пласт.

Говорит, что Лилиан — глупа и истерична?

А Ганц (и король в глубине души верил ему больше, чем сыну) всячески расхваливает графиню. Уверяет, что Миранда Кэтрин ее обожает. Да и ее решения… такие не примет дура и истеричка.

Даже если графиня где-то прочитала и запомнила…

Простите — сделать тоже не так легко.

Его Величество представлял, сколько труда в него вложено. И это точно Лилиан Иртон. Больше такого нигде нету.

Джес врет? Или всерьез не видит того, что у него под носом?

А покушение на его жену, нет, ну наглость какая! Эдоард решительно настроился на верфи Августа — с корабелом во главе производства.

К супружеским изменам Эдоард был терпим (сам грешен). Но Джессимин в жизни не мечтала отравить Имоджин и стать королевой.

Так-то… да спал бы мальчишка с кем хотел! Но сразу оговорил, что я на тебе не женюсь.

И все было бы в порядке.

Эдоард коснулся колокольчика. Вошел слуга.

— Капитана стражи ко мне.

И когда тот явился, отдал кратенькое приказание.

Взять за химок кузена Аделаиды Вельс — и выбить из него всю правду о покушениях. Можно — ногами. Что вообще за наглость — к графине убийц подсылать?! Кто ты такой?!

Эдоард собирался разобраться в этом. А пока…

Его величество придвинул к себе пергамент.