Средневековая история. Тетралогия

С первой же оказией.

Аделаида Вельс не была умна в общем смысле этого слова.

Обычно говорят — ум. А ведь это понятие включает и эрудицию, и жизненную сметку… так вот. Если бы появилась возможность проверить Аделаиду на ай-кью — она не набрала бы и двадцать баллов. Она не разбиралась в истории, музыке, политике, она имела в голове десяток шуток и парочку историй — достаточно, чтобы поддерживать светскую беседу. В остальном она придерживалась правила 'молчи, дурак, умнее будешь'.

Она была по-крысиному хитра и нюхом чувствовала опасность для себя.

Понимала, в какую щель надо пролезть, чтобы увернуться от карающего ботинка и какой пирог пахнет ядом.

И этого у нее было не отнять.

Тоже ум. Просто… своеобразный.

Сейчас она отлично понимала — единственная ее защита от окружающего мира — Джерисоон Иртон.

Поэтому, изодрав в клочья пару платков и отвесив несколько оплеух служанке, она послала ту шпионить за комнатой Джерисона — и дать знать, когда мужчина останется один.

Ждать пришлось долго.

Сначала Джес и Рик обсуждали сложившуюся ситуацию.

Ивернейское вино обладало своеобразным действием — затуманивало разум, но тело двигалось. Вот вино из Ханганата било в ноги, оставляя ясную голову. А тут — наоборот.

Потом опять разговаривали и опять пили. Так что к себе в покои Рик отправился около полуночи. А Аделаида пошла 'на дело'.

Разделась до рубашки, протерлась салфеткой, пропитанной духами — и спустя пять минут поскреблась в покои Джеса.

Потом толкнула дверь.

Джерисон сидел за столом.

— Джес, пожалуйста, не гони меня.

Аделаида нашла верный тон. И прежде, чем Джес успел опомниться, упала ему в ноги.

— Джес, я люблю тебя! Я жить без тебя не смогу! Лучше сразу убей, только не гони!

Все бы подействовало. Днем раньше, еще бы чуть-чуть — увы. Только не сегодня.

Джес был пьян и зол, как черт.

Поэтому вместо поцелуя Адель получила оплеуху.

А потом еще пару ударов ногами, когда упала на колени.

Вусмерьть пьяный Джес выбрался из-за стола, пнул женщину на прощание, выдал нечто вроде 'И щоб я т-тебя б-льше н-видел…' и отправился к Рику.

То ли спать, то ли на жизнь жаловаться.

Аделаида полежала минут десять. Потом со стоном поднялась на ноги.

Недооценила она свое влияние.

Но что же делать теперь, что делать?

Для начала ей пришлось пролежать несколько дней — пока не сойдут синяки.