На станции Волунпо
Что же все-таки случилось в Волунпо? Вразумительного ответа на этот вопрос никто из руководителей уезда и коммун, изучавших на совещании «съедобную химию», дать не смог. Участники совещания во главе с Тянь Чжэньшанем отправились на станцию.
Тянь Чжэньшань спрыгнул с машины у входа в станционное помещение, состоявшее из двух малюсеньких залов ожидания, и увидел, что повсюду: в тускло освещенных лампами залах, в харчевнях и чайных, где были уже погашены очаги, на платформе, открытой для пронизывающего, завывающего ветра, просто на снегу, толстым слоем покрывавшем обе стороны железнодорожного полотна, — всюду теснились коммунары в ожидании поезда.
Закутанные в одеяла, укрывшись с головой простынями, свернувшись калачиком, они неподвижно сидели или лежали, будто насмерть скованные стужей. Запорошенные снегом фигуры людей были едва различимы в слабом свете фонарей.
— Куда собрались, земляки? — спросил Тянь Чжэньшань, останавливаясь возле порога одной из харчевен.
Люди молчали, думая про себя: «Действительно, куда? Кому это ведомо? Туда, наверно, где еще есть пища! Втиснемся в поезд, а там — будь что будет!»
— Из какой коммуны, земляки? — спросил он у входа в зал ожидания.
Все молчали. «Бежим побираться в чужие края. Зачем же теперь позорить знамя коммуны?»
Тянь крикнул:
— Товарищи коммунары, к вам приехали руководители уезда и коммун!
Толпа зашевелилась. У входа в маленькую харчевню из одеяла высунул голову Лю Шитоу; он сидел на перевернутой корзине.
В человеке, стоявшем у входа в вокзал, он узнал секретаря укома партии Тянь Чжэньшаня и поспешно втянул голову обратно. Но тут кто-то раздвинул щелочку в одеяле, шепотом спросил:
— Лю Шитоу, ты?
Лю Шитоу снова высунулся из своего укрытия, посмотрел одним глазом и вздрогнул от испуга — он увидел Ян Вэньсю. Рука, придерживавшая угол одеяла, невольно разжалась, одеяло соскользнуло. Быстро вскочил на ноги, пробормотал:
— Я, товарищ Ян, я это!
Ян Вэньсю сердито оглядел его, усадил на корзину и накрыл одеялом.
«Мать моя родная! Что же теперь со мной будет?» Лю Шитоу сидел ни жив ни мертв, сердце гулко стучало в груди. Потом он услышал приближающиеся шаги. Нервы его напряглись.
— Кто это? — он узнал голос Тянь Чжэньшаня.
Ян Вэньсю сухо кашлянул и сказал:
— Не знаю.
Но тут Лю Шитоу не выдержал, подскочил, словно подброшенный пружиной.
— Лю Шитоу я!
— Значит, Лю Шитоу? — обратился секретарь укома к Ян Вэньсю.
