Срок для Бешеного

— Эта тварь не остановится ни перед чем: Богомолов уверен, что смерть адвоката Савелия и самоубийство Петровой Ларисы, подруги Савелия, — дело его рук… Жаль парня… Получить полную реабилитацию

— Его реабилитировали? — обрадовалась она. — А побег?

— Наказали пока в счет ранее отсиженного срока…

— Как же я рада за него! Господи, неужели ничего нельзя сделать?

— Работаю я тут над одним человеком, но… он чем-то явно запуган! Ты его должна помнить: из местных… Помнишь, еще сокрушалась, что такого старика за браконьерство посадили…

— Конечно, помню.

Нашли преступника! — возмутилась Зелинская. — А он-то при чем?

— Его несколько раз видели с одним из бежавших, наверняка тот выбивал из него маршрут… А он лет тридцать в тайге живет и имеет свои укромные жилища!..

— Может, мне с ним поговорить, как женщине?

— Не знаю, познаю: не спугнет ли его это?

— А что мы теряем? Все равно молчит!

— Вот что, завтра попробую поговорить — с Королем… он наверняка что-нибудь да знает…

— Да ты что? — Она встала и начала нервно ходить по комнате.

 — Нашел кого на откровенность вызывать.

— Откровенности я от него не жду… — вздохнул Зелинский. — Хочу использовать ситуацию: что-то не совсем ладно в стане уголовников… Ох, не ладно…

ПРОТИВОРЕЧИВЫЙ «ДЕНЬ ПЕЧЕНЬЯ»

Варя окинула придирчивым взглядом праздничный стол и довольно улыбнулась. Такому столу мог позавидовать не один городской ресторан. Чего только здесь не было: с особыми секретами консервированные овощи и фрукты, сохранившие свежий вид, несколько разнообразных салатов, варенья с давно забытыми вкусами, черная и красная икра, рыба нескольких сортов… И над всем этим богатством возвышались две бутылки марочного вина и графинчике голубичной настойкой.

Свежая зелень освежала стол, придавая орлу действительно праздничный вид.

Варя улыбнулась: очень удачно вышло с банькой, а то сюрприза бы не получилось… Как он сказал? Клад? Нашел клад? Но его слова были, конечно же, приятны ей… Савелий вернулся каким-то другим, успокоенным, что ли. Вероятно, поездка оказалась удачной.

Вроде начал отогреваться… Она вспомнила, с каким воодушевлением и волнением рассказывал он о детском доме? Говорят, в трудные минуты своей жизни человек вспоминает самое дорогое или самое отвратительное в своей жизни! Интересно, к какой категории он относит детский дом?.. Стоп! Кажется, идет…

Савелий вошел в комнату и остановился, пораженный увиденным. Глаза Вари смущенно и радостно поблескивали.

— Что за праздник? — выговорил он наконец.