Срок для Бешеного

Лишенные так многого, люди понимали, что могут к тому же лишиться еще и здоровья, а то и самой жизни…

Говоркову, конечно, повезло во многом: и в том, что умел постоять за себя, и атом, что здесь оказались Митяй и Кошка, и в том, что Король решил вдруг занять нейтралитет… Короче говоря. Господин Случай! Не будь этого, никакое умение не спасло бы его от расправы. Возможностей отправить в зоне на тот свет сколько угодно: можно «случайно» попасть под циркуляку или под пресс, либо, так же «случайно», придавить чем-нибудь, или, чего проще, ночью во сне, подошел кто и ткнул штырем… и проснуться не успеешь….

А сейчас Савелия побаиваются: вон чуть повысил голос на драчунов, сразу и утихли…

Так, за работой, за размышлениями о своей жизни и о жизни вообще, пролетало время… Уходили, освобождаясь, те, кто отсидел свое, на их место приходили новые, но Савелия ничто не интересовало, и он никогда не ходил встречать новые этапы… Да и новенькие довольно быстро узвавали овей и старались не задевать угрюмого и странного парня по кличке Бешеный… Возможно, так бы потихоньку, помаленьку и отсидел Говорков свой срок, притерся бы, привык, но судьбе было угодно распорядиться по-своему…

Одним из последних этапов в зону пришли двое парней.

Они были приятелями по воле, и про них ходили различные слухи. Оба «принесли» большие сроки, хотя и по разным статьям: невзрачный, худенький, с нервно бегающими глазками, туберкулезного типа парень лет тридцати пяти — пятнадцать лет за убийство. У него была странная кличка — Тихоня. Второй, полная противоположность своему приятелю: косая сажень в плечах, скуластый, с огромными, пудовыми кулаками, да и кличка под стать — Угрюмый, тринадцать, лет за разбой, видно, с тяжелыми последствиями, если судить по сроку. Их видели всегда вместе, что у всех вызывало недоумение, уж явно они были разными и неподходящими друг другу…

Именно этим двум приятелям и суждено было вмешаться в судьбу Савелия Говоркова…

Июнь выдался жаркий, солнечный и душный. В цехе, несмотря на распахнутые двери и окна, работать было трудно, к духоте еще добавлялись и всяческие испарения от клеевой основы для шпона.

Последние недели Савелия перекидывали с одной работы на другую: полугодовой план стоял под угрозой потому, что погода не располагала к работе и, несмотря на постоянные наказания, многие предпочитали «отдыхать» в ШИЗО, чем вкалывать в такой духоте. Как-то Савелию пришлось подменить Паркова, упрятанного в ШИЗО за невыполнение нормы большого пресса.