С/с. Том 2

Света будет мало, значит, надо пошире открыть диафрагму, а следовательно, работать с малой выдержкой. Сложности возникнут также с глубиной фона. Но это ему как пчеле бутон.

Он позвонил портье и спросил насчет завтрашних авиарейсов на Мехико-Сити. Был рейс в 9.15. Можно, заметил портье, не заказывать билет заранее: самолет никогда не бывает полон. Кейд поблагодарил и повесил трубку. И снова посмотрел на дверь в соседнюю комнату. Поднялся на ноги, подошел к двери, приложил к ней ухо и прислушался. Ни звука. Кейд прошел на балкон и, перегнувшись через перила, посмотрел в окна соседнего номера.

«Значит, она шутила, — думал он, хмурясь и почесывая затылок. — Не меняла она никаких комнат. Дурацкая шутка».

Он извлек из шкафа сумку и принялся собираться.

Кейд злился. И злился на себя за то, что злится. Разве он уже не решил, что не будет лезть в эту любовную авантюру? Так какого черта?!

Он уложил сумку и размышлял, не пойти ли в бар и не выпить ли немного на ночь.

Разделся, но перед тем, как пойти в ванную, еще раз приложил ухо к двери. Снова тишина.

— Да ну ее к черту! — вслух сказал он.

Он специально подольше задержался под холодным душем. Когда же, наконец, выключил воду и растерся полотенцем, то почувствовал, что успокоился и больше не злится.

Как только он вышел из ванной, зазвонил телефон. Кейд натянул пижамные брюки, после чего поднял трубку.

— Хэлло, — сказал он, полагая, что это может быть Сэм Уонд, желающий уточнить какие-нибудь детали.

— Хэлло. Я увидела, что у вас горит свет.

Этот голос и этот акцент ни с чем нельзя было спутать. Его сердце мгновенно ускорило биение, дыхание перехватило.

— Вот как? — это было все, что он мог придумать.

— Да. Я вас от чего-то отвлекла?

— Нет… нет… ни в коем случае.

— Это хорошо. Я просто хотела сказать, что с моей стороны дверь не заперта.

Кровь бросилась в голову Кейда, но даже в таком состоянии он не мог не подумать о Барреде.

— Я только что собрался ложиться, — сказал он, замечая, что его голос звучит нетвердо.

— А я уже легла.

Кейд положил трубку, быстро пересек комнату и отодвинул защелку. Открыл дверь и заглянул в соседнюю комнату.

Хуана набросила на абажур ночника у своей постели голубой шелковый шарф, но света было достаточно, чтобы разглядеть ее нагое тело, прикрытое только роскошными волосами. Хуана глядела ему в глаза и улыбалась.

Кейд вошел в комнату и закрыл за собой дверь.