С/с. Том 26

Все, что находится в этих шкафах, уже порядком надоело. Я люблю, когда вещи отдыхают. Потом, возможно, я снова буду носить кое-что из этих тряпок. В бунгало хватит места и для вас.

Я сидел в кресле рядом с ней, и сознание, что мы совсем одни, волновало меня. Повернув голову, она посмотрела мне в глаза:

— Как продвигается ваше расследование?

— Черепашьими шагами. Но было бы грешно обвинить меня: от дела отвлекают более интересные вещи.

— Какие, например?

— Это бунгало и вы.

— Я отвлекаю вас от дел?

— Конечно.

Она снова бросила на меня взгляд:

— Тогда это взаимно.

Наступило молчание. Потом, спустив с кушетки ноги, она встала.

— Я хочу искупаться. Пойдемте?

— С удовольствием. — Я тоже поднялся. — Мне надо взять мои вещи, они в машине.

Достав из багажника дорожную сумку, я прошел в спальню. Марго была там. Переодевшись в белый халат, она смотрелась в высокое зеркало, поправляя опущенные на плечи волосы.

— Ну как, я кажусь вам красивой?

Я чувствовал, что начинаю терять контроль над своими поступками.

— Может, мы искупаемся завтра, а сейчас я отвезу вас домой? Боюсь, вы будете утром жалеть.

Не дав мне закончить, она отрицательно покачала головой:

— Я никогда не жалею о том что делаю.

2— Дай мне сигарелу!

Я протянул руку к прикроватной тумбочке и, вытряхнув из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой. В мигающем свете крошечного огонька лицо ее выражало безмятежное спокойствие, и, когда наши взгляды встретились, она улыбнулась.

— Не думай обо мне плохо, дорогой, — негромко сказала Марго. — Это случается нечасто. Ты можешь не верить, но в такие минуты мною руководят не поддающиеся контролю импульсы, я не чувствую стыда, лишь счастье, что меня любят. — В темноте она нашла мою руку.

Мне было приятно слышать ее слова, и все же я испытывал смущение, что все произошло так быстро и неожиданно. Слишком быстро я поддался своему чувству, такое легкомыслие было непозволительным.

— Ты чудесная девушка, — сказал я, касаясь губами ее лица.

Пальцами она провела по моим волосам.

— Все кажется чудесным, пока люди нравятся друг другу, — чуть печально произнесла Марго и, соскользнув с кровати, бесшумно вышла из комнаты.

Надев халат, я последовал за ней. Она стояла перед застекленной дверью, напоминая в серебристом свете луны прекрасное изваяние мастера.

— Поплаваем, Лу? — сказала она, беря меня под руку. — А потом я уеду.