Все было накрыто маскировочными сетями, но носы ракет все равно были хорошо различимы.
Помимо них были видны аппаратные кабины, дизельная электростанция и автоматические заряжающие машины. Я в этих вопросах мало разбирался, на площадке много чего стояло. Видимо это как раз то, что совсем недавно морем и доставили в Тартус. Временного размещение таких комплексов, конечно, так себе… Если туда случайно что-нибудь прилетит, все это будет разом уничтожено. И люди тоже. Впрочем, я скоро заметил, что хотя местность и открытая почти до самых гор, людей и техники тут хватает.
Держали вопрос с Голанскими высотами на контроле.
Вся эта ситуация виделась мне следующим образом — сирийцы, определив место для проведения сборочных работ, обеспечила охрану и грубую рабочую силу, а наши инженеры, вместе с их специалистами принялись за дело. А сейчас вроде как была запланированная встреча непосредственно с командованием, которое впоследствии примет этот объект на вооружение и постоянное дежурство.
От арабов тоже прибыла целая делегация, из пяти машин.
Все разодетые, в белых одеждах."
"По формату общения между полковником Калининым и сирийским генералом, а также по их манере поведения было ясно, что они встречаются уже не первый раз. Однако для меня оставалось не совсем непонятным — что они тут обсуждают? Объект ПВО ещё не готов и пройдет не меньше пары недель, пока все это заработает как единое целое. А ведь персонал нужно ещё обучить, всё показать, проверить и испытать во внештатных ситуациях… Пройти боевое слаживание.
Короче, работы ещё непочатый край!
Моя задача, как и остальных сопровождающих, просто наблюдать за периметром и в случае угрозы, немедленно отреагировать, при этом главное — защищать военного советника. Считалось, что Калинин крупный специалист по противовоздушной обороне, а такими кадрами советское командование разбрасываться не желало. Однако все было тихо.
Встреча продлилась не более часа, все прошло в мирной и спокойной обстановке. Они все обошли, хорошо осмотрели, затем подписали что-то, пожали друг-другу руки и все.
Я думал, сейчас чаю пить будут, но полковник мягко отказался.
Мы вернулись в транспорт и отправились обратно в наш гарнизон. Ничего необычного по пути не произошло.
Сдав свое оружие и экипировку обратно на склад, я переоделся в гражданскую форму. Спустя час, ко мне в кубарь вдруг зашёл старший лейтенант Окунев.
— Один?
— Ну!
— Хорошо… — тот присел на стул. — Громов, все прошло хорошо, но не расслабляйся.
