Приладив и уперев пулемет между зазором правого борта и задней крышки, я прицелился и дал короткую очередь.
Несомненно свои намерения я обозначил четко, потому что внедорожник противника резко вильнул влево. Мелькнул свет фар. Снова петля.
Я еще дважды открывал огонь. Бил короткими очередями по три-пять патронов, по привычке прогоняя в голове цифру «двадцать два». Внедорожнику досталось. Попадал я не всегда, несмотря на то, что для стрельбы выбирал промежутки времени, когда Антон вел машину более-менее ровно.
— Газу добавь! — крикнул я.
— Да жму я, жму! — огрызнулся тот. — Толку нет! Громов, нас так зажмут!
— Не зажмут!
Движок внедорожника натужно рычал, но толку было мало — мы шли по песчаному участку, где спущенное колесо частично играло роль эдакого якоря. Больше шестидесяти ехать мы не могли. И скорость падала.
А подгоняемые волей заокеанских хозяев боевики даже и не думали отступать. Их явно координировали оставшиеся американцы. Ну и мотивация у них — ого-го.
Инструкторов, кстати, должно было остаться только двое — третий должен был сгореть вместе с уничтоженным мной КамАзом.
Ното не точно. Заложенная под тело граната вроде бы не взорвалась, по крайней мере отдельного взрыва в кабине я не видел. Или в суматохе просто не заметил.
Все три машины шли своеобразной «вилкой» — в центре пикап с пулеметом, по флангам грузовики. Противник по-прежнему не стрелял."
"Я тоже прекратил огонь, экономя боезапас и намереваясь подпустить их поближе — ну, раз стрельбой с большого расстояния шугануть их не удалось, попробуем с ближнего.
По моим расчетам патронов в коробе оставалось штук тридцать, плюс-минус.
Бросил взгляд на пленного американца — тот все ещё лежал на полу. Списывать его со счетов нельзя, слишком опасный человек, несмотря на ранение.
Я снова постучал по крыше кабины.
— Антон, потихоньку сбавляй скорость! Наблюдай в зеркала, как только они приблизятся на расстояние менее пятидесяти метров, резко бери влево.
— Но там же камни! — Окунев увидел, как по левой стороне, вдоль нашего маршрута и впрямь валялись разнокалиберные камни и даже небольшие валуны.
— Вдоль них!
— Понял!
А я вновь схватился за пулемет.
Выждал минуту, затем саданул очередью по пикапу. Пули застучали про металлу, посыпались искры. Снова тот начал отставать, но уже через несколько секунд резко ускорился. Пристроился у нас с правого борта, метрах в двадцати. Пулемет ДШК был направлен точно на кузов. Само собой они пока не стреляли.
